Оно, танцующее, веселящее и летящее, покидало их, и Уна почувствовала под своими ногами твердый пол, и тяжесть своего веса.
— Конечно, — ответил Аргент, и его голос был реальным, не сонным призраком, а голосом, рождающим эхо, отдающимся от стен.
— Ох, — промолвила Уна, понимая, что ее свадьба была слопана перевернутым ею календарем, и сейчас наступает ночь, самая бессовестная и самая сладкая. — Все?
— Все, — ответил Аргент торжественно, срывая ее платье с ее плеч, открывая ее тело для себя, для своих ласк.
— Теперь мы принадлежим друг другу. Так навечно — пока магия нас нее разлучит.
— …А как же ты вернулся в академию, когда Демьен велел ее оцепить?! Я знаю, я наверняка знаю, что переступить через Королевские силки никому не под силу!
Наверное, настало время для того, чтобы раскрыть все тайны. Сейчас, когда самая главная тайна была раскрыта, когда Аргент смотрел на свою Уну юными озорными глазами, разве есть смысл скрывать что — то еще?.."
"— Я прилетел по воздуху, разумеется, — довольно щурясь, ответил Аргент.
— Демьен сам выписал мне разрешение на превращение в дракона столько раз, сколько мне понадобится. Иначе я бы и не смог так быстро очутиться в лесу и так же быстро вернуться обратно. И на нюхача наложил заклятье я, — с немалой долей гордости сказал Аргент, припоминая слова Дерека о том, что это мог сделать только очень большой мастер. — Как и оставил вам подсказку в классе Отложенных Заклятий. Я не оставлял вас ни на миг; в плаще-невидимке пройдя вместе с вами через дверь, открытую Всеключом, я видел и Пустоту, и Осень.
И подслушивать разговоры Осени мог. И вплел свои бриллианты в золотую цепь Дерека, когда тот дрался.
Аргент помолчал, размышляя. Он хотел сказать что-то, но признание это давалось ему с трудом.
— И удар в тебя, тогда, — мягко произнес он, наконец, — я смог остановить только потому, что и Дерека я убивать не собирался. Никогда. Как бы ни ревновал.
Он испытующе глянул в глаза Уны.
— Ты веришь мне?
Уна рассмеялась и уткнулась лицом в его грудь.
— Как же не верить тебе после всего, что произошло, — ответила она. — Как же не верить?! Ты мог потерять меня, — она слегка обиженно надула губы, — но не обмолвился ни словом о заговоре с Демьеном. Ты мог с Пустотой таких бед натворить, и получить у мира больше, чем кто-либо, но остался верен своей клятве. Как же мне не верить тебе?!
— Я получил бы весь мир, — ответил Аргент. — Но потерял бы тебя.
