– А твои скрипки правда такие дорогие?"
"– Скрипки Ивана Андреевича Батова? Да, дорогие. Он же был первым российским знаменитым мастером по изготовлению музыкальных инструментов. Он появился на свет под Москвой в семье крепостных графа Шереметева. Изготовлению смычковых инструментов Батов обучался у московского мастера Василия Владимирова. Музыкальный мастер Василий Владимиров считался лучшим в Москве. Его мастерская в Каретном Ряду была не только мастерской, но и школой. Там Батов и освоил тонкости этого мастерства и полюбил его на всю жизнь.
Батов не терпел поспешности в работе, и, работая ежедневно самым напряженным образом, мастер тратил три месяца для изготовления скрипки и около пяти месяцев – на виолончель. Считая, что для качества звука инструментов одним из самых важных условий является подбор очень старого, выдержанного дерева, Батов тратил на его покупку невероятные суммы. Его инструменты можно узнать по узору. Он разработал свою форму деки. Она чуть отличается от классической. Знаете, придет время, и инструменты работы Батова встретить будет, к сожалению, сложно.
Может, эти последние, а их украдут фашисты!
Поздно вечером меня и Сосновского вывели на допрос. Когда нас вели к дому, где располагался штаб этой части, я увидел обер-лейтенант Риттера, который разговаривал с Фридом. Они стояли возле бронетранспортера, и их едва освещали фары грузовика, который с заведенным мотором кого-то ждал. И немец, и диверсант выглядели так, как будто они о чем-то секретничают и не хотят, чтобы их видели за этим занятием.
На нас они внимания не обратили. Наверное, они нас с Сосновским уже списали со счета.
– Видел эту парочку? – тихо спросил я Сосновского, когда мы прошли мимо бронетранспортера.
– Видел. Ты, Максим, мне только не мешай. Я попробую разыграть эту партию. Черт ее знает, но мне кажется, что может получиться. Уж больно характерный типаж у этого Вильгельма Риттера. Навидался я таких в Берлине в свое время.
Руки нам не связывали, и это было хорошим признаком. Хотя пристрелить нас могли прямо во дворе и с несвязанными руками.
Однако нас с Сосновским привели в дом, потом по длинному коридору завели в какую-то комнату, как я понял, это был в прошлом музыкальный класс или просто в него снесли все музыкальные инструменты, которые нашлись в поселке. Мордатый рыжий ефрейтор и трое солдат со «шмайсерами» на груди завели нас в эту комнату и поставили лицом к стене. Унизительно для «немецких офицеров», но придется терпеть и играть свою роль до конца.
