Во всяком случае, проект продвигался вперёд, и ряд предсказаний мемуара начал осуществляться. Например, мы отыскали Купера именно в том Столетии и той Реальности, которые были указаны в мемуаре. Уже одно это не оставляло камня на камне от всех утверждений Сеннора, но и это его не убедило. К тому времени у него появилось новое увлечение.
Твиссел тихо засмеялся, не заметив, как сигарета догорела почти до самых кончиков его пальцев.
— И всё же, знаешь, мне долгие годы было не по себе. Ведь что-то действительно могло произойти.
Реальность, в которой была основана Вечность, могла измениться таким образом, чтобы не допустить «парадокса», как любил называть это Сеннор. И тогда, в этой новой Реальности, уже не было бы ни Вечности, ни нас с тобой. Ты знаешь, иногда по ночам, во время бессонницы, мне вдруг начинало казаться, что всё погибло… И теперь, когда всё закончилось благополучно, я могу спокойно посмеяться над своими страхами и обозвать себя выжившим из ума старым дураком.
— Вычислитель Сеннор был прав, — очень тихо сказал Харлан.
— Что такое? — метнулся к нему Твиссел.
— Проект провалился. Круг не замкнут.
Харлану казалось, что его рассудок медленно освобождается от густого тумана.
— О чём это ты болтаешь? — Старческие руки Твиссела с неожиданной силой впились в плечи Харлана. — Ты болен, мой мальчик. У тебя сдали нервы.
— Нет, не болен. Мне всё опротивело. Вы. Я. Но я не болен. Взгляните сами. Сюда, на Векометр.
— Векометр?
Тоненький волосок стрелочки был прижат к правому концу шкалы около отметки 27-го Столетия.
— Что здесь произошло?
Радость на лице Твиссела сменилась страхом.
Харлан уже полностью овладел собой.
— Я расплавил предохранительный механизм и высвободил рычаг управления.
— Как тебе удалось это сделать?
— У меня был болеизлучатель. Я разобрал его и использовал вделанный в него в качестве источника питания микрореактор. Он сработал как автогенный резак. Энергии хватило только на одну вспышку, но этого было достаточно. Вот всё, что от него осталось.
Харлан подтолкнул ногой маленькую кучку металлических обломков, валявшихся на полу.
Твиссел всё ещё не хотел верить.
— 27-е? Ты хочешь сказать, что Купер попал в 27-е Столетие?
— Я понятия не имею, куда он попал, — вяло ответил Харлан, — сначала я перевёл рычаг вниз, далеко за 24-е. Но я не знаю куда. Я не посмотрел. Потом я переставил его в это положение. Вот и всё.
Твиссел с ужасом смотрел на Харлана, его лицо приобрело землистый оттенок, губы дрожали.
