— У меня нет ни малейшего представления, где сейчас Купер, — продолжал Харлан. — Он затерялся в Первобытных веках. Круг разорван. Сначала я думал, что всё кончится сразу, в нулевой момент. Но это глупо. Придётся ждать. Наступит такое мгновение по биовремени, когда Купер поймёт, что он не в том Столетии, когда он сделает что-нибудь противоречащее мемуару, когда он…
Харлан не докончил фразу и засмеялся натянутым хриплым смехом.
— Не всё ли нам равно? Всё это только отсрочка, пока Купер не совершит какой-нибудь непоправимой ошибки, пока он не разорвёт круг.
Мы бессильны помешать ему. Минуты, часы, дни. Не всё ли равно? Когда отсрочка истечёт, Вечность прекратит существование. Вы меня слышите? Вечности крышка!
Глава 14
Давнее преступление
— Но что толкнуло тебя на этот шаг? Что?
Твиссел растерянно перевёл глаза со шкалы на Техника; растерянность и недоумение, прозвучавшие в его голосе, отразились в этом взгляде, словно в зеркале.
Харлан поднял голову.
— Нойс! — одним словом ответил он.
— Женщина, которую ты спрятал в Вечность? — спросил Твиссел.
Горькая усмешка Харлана была ему единственным ответом.
— Но при чём здесь она? — продолжал недоумевать Твиссел. — Я ничего не понимаю, мой мальчик."
"— Да что тут понимать? — взорвался Харлан. — Бросьте притворяться! Да, у меня была женщина. Кому мешало наше счастье? Кому оно причинило зло? Ведь её даже не существует в новой Реальности.
Твиссел тщетно пытался вставить хоть слово.
— Но у Вечности свои законы, — продолжал бушевать Харлан. — О, я знаю их все наизусть.
Союзы требуют разрешения; союзы требуют Расчёта; союзы требуют высокого знания; союзы — вещь рискованная. Что вы замышляли сделать с Нойс по завершении проекта? Поместить её в гибнущую ракету? Или же предоставить ей тёпленькое местечко общей любовницы знатных Вычислителей? Но теперь-то всему крышка — вам и вашим планам.
В полном изнеможении он закончил свою тираду, и Твиссел быстро подошёл к видеофону. Очевидно, передатчик видеофона снова был включен. Вычислитель повторял сигнал вызова до тех пор, пока не добился ответа.
— Говорит Твиссел. Вход в это помещение категорически запрещён, — произнёс он не допускающим возражений тоном. — Никто не имеет права войти сюда. Вам ясно? Тогда выполняйте! Нет, никаких исключений. И для членов Совета тоже. К ним это относится в первую очередь.
Он снова повернулся к Харлану и задумчиво проговорил:
— Они не посмеют нарушить мой приказ, потому что я старейший член Совета и ещё потому, что я слыву чудаком.
