— Не знаю, — пожал плечами Мансур.
Когда Подберезский добрался до мишени, то громко свистнул, даже не засовывая в рот пальцы. И Комбат понял, что результат стрельбы узбека даже превзошел ожидания Подберезского. Он аккуратно снял мишень и держа ее перед собой, двинулся к Комбату. Вся сердцевина мишени была дырявой — сплошная рваная дыра — и ни одна из пуль не вышла за пятерку.
Комбат хмыкнул:
— Да, брат, стреляешь знатно.
— Нет, не очень. Вот мой отец стрелял, так стрелял!
Правда, не из пистолета, а из карабина.
Ему не было равных. А я стреляю так себе.
— Где ты учишься или работаешь? — спросил Комбат.
Мансур замялся, не ответил. И Рублев понял, что парень безработный, а признаться в этом не желает.
— Ну что ж, Андрюха, придется мне отвечать.
— Попробуй, Борис Иванович, — Подберезский подал пистолет."
"Комбат в отличие от своего соперника стрелял, держа пистолет в одной правой руке и стрелял не так быстро. Когда патроны кончились, Рублев вздохнул, подавая оружие Подберезскому. И тот с пистолетом буквально сорвался с места и побежал к мишени.
Радостного свиста Комбат не услышал. Подберезский шел, держа мишень за спиной, и его лицо было явно расстроенным..
Комбат поморщился:
«Видимо, не очень хорошо отстрелялся».
А когда до Комбата и Мансура оставалось шага три, Подберезский вытащил из-за спины мишень и показал сначала Мансуру, затем Рублеву. У Комбата результат был лучше, чем у парня — ни одна из пуль не вышла за пределы цифры ""б"". В мишени зияла такая же дыра, как и в предыдущей.
— Ну как, — буркнул Комбат, — не очень у меня получилось?
— Нет, получилось хорошо.
— Давайте на спор?
— В смысле на деньги? — переспросил Рублев.
— Да.
— А что ты ставишь?
— Пятьдесят долларов, — сказал Мансур.
Комбат задумался.
— Ну ладно, давай и я ставлю пятьдесят.
Андрей перезарядил пистолеты.
— Ты стреляешь в первую мишень, я во вторую, — сказал Рублев.
— Хорошо, — Мансур кивнул, затем откинул со лба прядь черных волос.
На этот раз результат стрельбы Мансура был лучше, чем у Комбата, и Борису Рублеву пришлось отдать пятьдесят долларов победителю.
Парень лукаво улыбнулся, подмигнул Подберезскому:
— Ты что, собрался уходить, Мансур?
— А что делать? — узбек пожал плечами.
— Ну, может еще кто подойдет… Давай еще раз, — завелся Борис Рублев.
Мансур посмотрел на него, словно бы прикидывая, сколько еще денег можно выиграть у этого сильного мужчины.
— Я ставлю сто.
— Сколько? — переспросил Рублев.
