Один из матросов сухогруза «Витязь» рассказал другому, который завтра должен был отправляться в рейс, о том, как они везли три недели тому назад с острова Суматра в железной клетке здоровенного орангутанга — самца, купленного там за пятьсот долларов. Везли в Калининград, надеясь продать его за несколько тысяч какому-нибудь «новому русскому». Но на рейде, уже под самым Калининградом, от огромной обезьяны пришлось избавляться.
Капитан получил радиограмму, что на их сухогруз прибывают таможенники, чтобы произвести тщательный досмотр.
Тогда матросы ночью открыли клетку и сбросили обезьяну в море.
— Дурак наш капитан, дурак! — говорил матрос своему приятелю, такому же подвыпившему, как и он сам.
— Когда это было? — спросил Рублев у матроса, кладя ему на плечо свою сильную руку.
— Что — это?
— Обезьяну когда в море сбросили?
— Да три недели назад, когда стояли на рейде возле поселка Янтарный.
— Все ясно, — пробурчал Комбат. — Ты понял, Андрюха?
— Что понял?
— Откуда там появилась огромная обезьяна, которая мне чуть хребет не сломала?
Андрюха широко раскрыл глаза.
— Ну, ты, Борис Иванович, даешь!
Леонид Васильевич Бахрушин похлопал Рублева по плечу. Он знал об обезьяне, знал от заключенных, которых смогли освободить, а так же от бандитов при допросах, на которых он присутствовал.
— Чем теперь займешься, Борис Иванович? — поднимая рюмку с водкой, спросил полковник Бахрушин.
— Хочу съездить в Тамбов, — спокойно сказал Рублев.
— Комбат хочет в Тамбов, — усмехнулся Андрей Подберезский.
— Да, хочу съездить. У нас с Андрюхой там хорошие друзья. Я давно собирался подскочить, да все как-то времени не было. А вот теперь, наверное, поеду.
— Ну, за тебя, Комбат!
Мужчины чокнулись и выпили по полной рюмке водки."
