Он лежал на дне, чувствуя под собой острые грани колотого камня.
И вдруг вспыхнул свет — яркий, пронзительный, тут же заставивший закрыть веки. Но все равно он слепил.
Аркадий Петрович видел лишь красную кровяную поволоку. В центре каменной выработки под самым сводом висел строительный прожектор как минимум с тысячеваттной лампочкой. Возле него струился пар. Половину выработки занимала ровно забетонированная площадка.
Над ней возвышалась металлическая конструкция, напоминающая букву ""П"" русского алфавита, но с очень длинной перекладиной.
Когда Гетмана выволокли из лодки и поставили на ноги, он, прищурившись от яркого света, огляделся. Наверху металлической перекладины виднелись ржавые стальные кольца. На паре из них покачивались от сквозняка обрывки веревок. И только сейчас Аркадий Петрович понял что напомнила ему эта конструкция — висельнику. Да, она вполне подходила для этого дела — высота метра три.
Невдалеке от виселицы стоял стол, старый, с облезшей краской, штук пять стульев — тоже почтенного возраста.
— Садись, урод! — Свиридов ногой подвинул стул Гетману и тот опустился на него.
Мокрая одежда быстро стыла на сквозняке, и Гетман дрожал от холода.
— Не ждал, а, Аркаша? — усмехнулся Чурбаков, открывая металлический ящик, висевший на стенке."
"Дверцу украшала готическая вязь, абсолютно не поддающаяся прочтению славянскому глазу. На столе появилась бутылка водки и четыре стакана. Свиридов свернул пробку и разлил водку на три порции. Четвертый пустой стакан протянул Гетману.
— Ну что, согреемся, ребята?
— Неплохо после дела.
— Дело только начинается, — Чурбаков взял стакан и подмигнул Гетману. — За твое здоровье, Аркаша!
Тому хотелось плюнуть в лицо Чурбакову, выплеснуть на него все ругательства, какие он только знал.
Но Аркадий Петрович сдержался. Он понемногу начинал приходить в себя и ему не хотелось лишний раз испытывать терпение своих мучителей.
Выпив водку, Чурбаков с деланным изумлением посмотрел на Гетмана:
— Ай, яй, яй! Тебе забыли налить! Какая досада! Хочешь? — и он взял бутылку, занес ее над стаканом.
— Да, не помешало бы, — пробормотал Гетман.
— Ты уж извини, но порядок у нас здесь такой, как в ресторане. За все услуги, которые тебе предлагаются, ты должен платить. Знаешь сколько стоят здесь сто граммов водки?
Гетман плотно сжал губы, боясь, что у него сейчас изо рта вырвется непристойное ругательство.
— Один глоток водки, даже не сто граммов, стоит здесь пятьсот баксов.
