Данила беспокойно огляделся, думая, что делать: позвать Воислава или самому вмешаться, но как…"
"– Цепной пес глодает кости и счастлив от этого, пока хозяин плетью не перетянет. Ему без толку объяснять жизнь вольных волков.
– Свора псов давит волков, только в путь, одна шерсть на снегу остается, – так же тихо процедил Дровин, он ничуть не испугался.
– Дровин, – раздался мощный голос Вуефаста, у Данилы отлегло от сердца и одновременно что-то дрогнуло внутри от мощного баса кормчего. – Твой черед в дозор идти, а ты, Клек, не части, дай коню отдохнуть.
Это при том, что оба всадника ехали почти рядом. Дровин беспрекословно пришпорил коня и ускакал вперед, а Клек поравнялся с Данилой, дальше они ехали вместе до самого вечера.
Молодцов размышлял. У гридня и варяга была своя правда, как, впрочем, у каждого.
Каждый хочет быть свободным, чтобы его голос многое значил, чтобы его права неукоснительно соблюдались и чтобы он мог эти права в момент потребовать, и если потребуется, и отнять силой в любой момент и в том объеме, какой он посчитает справедливым и необходимым.
Это логичные желания, справедливые и естественные, да вот только построить государство, чтобы всем было хорошо и комфортно, еще никому не удавалось, даже в будущем Данилы. Всегда кому-то плохо сделаешь, кого-то ниже себя поставишь. Да только и государство из бесстрашных рыцарей, ставящих свою честь и свой надел выше всего остального, тоже никому не получилось построить.
Владимир был Государем, Данила это помнил из исторических книг и сейчас видел своими глазами.
Он закладывал фундамент будущего государства, собирая все земли в единый кулак, делая себя единственным, кто может править и отдавать приказы. Хорошо, кто спорит, вот только когда лидер получит непререкаемую власть вместе с небольшой прослойкой своих приближенных, они тут же начнут торговать кровью воинов, таких, как Айлад и Дровин, не ради племени или там страны, а ради своих личных интересов. Про простой народ и говорить нечего.
И ты уже ничего сделать не сможешь, потому что только скажешь слово поперек, тут же станешь предателем, бесчестным ронином, подлым негодяем. И другие, такие же воины, как ты, тебя с удовольствием сожрут, ведь их работа сражаться и убивать, а не править.
Так что остается тебе взять под козырек… шлема и идти сражаться за… царя, господина, генсека, на твой выбор, что по душе.
– Даниил, ты чего голову повесил? – вывел его из размышлений голос Будима.
