Молодцов решил показать характер, не лучшая тактика против богатейшего и влиятельнейшего человека Киева, однако обережник чувствовал за собой правоту и лебезить ни перед кем не собирался.
Боярин не отреагировал, как будто так и надо, продолжил:
– Слушаю тебя.
И здесь можно было уйти от темы, попробовать поспорить, Данила поколебался и все-таки выдал напрямик:
– Не пристало христианину торговать своими единоверцами, тем более продавать их язычникам!
– Это ты к чему? – нахмурился боярин.
– Твои люди меня на капище продали!
Боярин качнул головой:
– Ты, воин, что-то спутал.
Я челядью не торгую.
«Лжешь!» – едва не вырвалось у Молодцова, но он сумел сдержаться. И процедил аккуратное:
– Твой человек продал меня варягам на капище!
– А-а-а, этот… – вспомнил боярин. – Да, знаю. Так это твой человек был, тот, кого продали?
– Я это был! – буркнул Молодцов.
– Ты? – удивился боярин. – Мне сказали: холоп беглый. А ты-то воин. И тут, змей, соврал, значит.
– Тогда я еще не был воином, – честно признался Молодцов.
Боярин помолчал, подумал немного, потом произнес рассудительно:
– Это судьба. Перун – не Сварог. Абы кого на Перуновы игрища не возьмут. Приказчик мой, плут, нажиться хотел, а вышло, что дорогу тебе найти помог.
– Так мне что же, поблагодарить его? – язвительно проговорил Молодцов.
– Обойдется, – отрезал боярин. – Он свое получит. Сполна. Но коли ты за вирой пришел, то я дам. Человек это мой. С меня спрос.
Данила покачал головой:
– Не надо мне ничего, боярин, благодарю.
Прав ты. Судьба это.
– Как скажешь. А теперь я спрошу: приказчика моего зачем пугал?
– Я это тебя, боярин, напугать хотел. – Данила глядел в пол, как набедокуривший школьник.
– Меня?
Боярин добродушно рассмеялся. Молодцов тоже улыбнулся: действительно смешно выходит.
– Ну что ж, пусть и ему урок будет, – закрыл вопрос боярин. – А ты от виры зря отказываешься. Серебро лишним не бывает.
– Не надо, – мотнул головой Данила.
– И впрямь ты, Данила, Молодец, – заметил боярин. – Дерзкий, но в меру. И не жадный. И с пониманием. Да ты садись уже, – предложил боярин, сам тоже опускаясь в кресло с высокой резной спинкой. – Вина вот выпей, о себе расскажи.
«А почему бы и нет?» – подумал Данила. Он сел, взял кубок…
– Я, боярин, не все о себе помню. Помню, что в лесу был, а потом получил тупой стрелой в голову… Ну и забыл, что раньше было.
– Такое бывает, – покивал боярин.
