Он и плавил, он и ковал, он и шлифовал изделие, он и прилаживал рукояти… Да только его светлость велел всю работу на куски разбить и те куски поручить разным людям. Просто вроде бы, да только времени вполовину меньше уходит теперь на привычную работу. Время тянулось бесконечно, а блестящие от пота подмастерья менялись у мехов. Даже они, могучие парни, сделанные словно из одних лишь жил, нуждались в отдыхе.
— Хорош! — поднял руку Лотар и вновь помянул святого. — Ну, не подведи! Благослови меня, грешного!
Он выломал ломом стенку горна и под восторженный рев жителей городка, во все глаза следивших за этим действом, вытащил клещами железную крицу.
Даже с его бычьей силищей это оказалось непросто. На лбу кузнеца вздулись жилы, лицо покраснело, и вскоре крица перекочевала на наковальню. Ее еще нужно будет отбить от шлака и кусочков несгоревшего угля. Долгая, трудная и нужная работа. Но Лотар был на седьмом небе от счастья.
Впрочем, недовольный голос ненаглядной женушки спустил его на бренную землю.
— И это каждый раз так будет? — недовольно спросила Эльфрида, сложив руки на пышной груди. Восторга мужа она не разделяла.
— А… э-э…, - глубокомысленно промычал Лотар. — А что не так-то? Большое дело сделали. Сам князь велел первую крицу до зимы ему дать, а мы даже раньше управились.
— Он тебе еще велел подумать, чтобы силу воды к этой работе приспособить.
Забыл? — ехидно спросила Эльфрида.
— Кто тут мастер? — набычился кузцец. — Я или ты? Ты — баба. Вот иди и своими горшками командуй! А я лучше знаю, как надо делать. И мне в моих делах даже сам князь не указ. А уж ты тем более.
— То есть, вы, два десятка олухов, будете день напролет в свой кожаный мешок дуть? — разъярилась Эльфрида. — А ты будешь ходить вокруг, как шелудивый пёс вокруг объедков?
— Да что не так-то? Дурная ты баба! — взорвался кузнец.
— Как еще железо плавят, по-твоему?
— Что не так? — заорала на него в ответ жена. — Да все не так! Ты говорил, что любишь меня! А я при живом муже, словно вдова живу. Ты же из кузни своей не вылезаешь! Я уж и забыла, когда мужскую ласку от тебя получала! Придешь, поешь молча, и спать!
— Так у меня работы по горло, — смутился вдруг кузнец, искоса поглядывая на подмастерий, которые наслаждались бесплатным зрелищем.
