— Все! С самого начала! С того самого момента, как меня схватил обрин.
Обед длился непривычно долго. Он длился до тех пор, пока Стефан не рассказал брату всю свою жизнь до этого самого момента. Князь молчал, обдумывая услышанное.
— Вот оно, значит, как! — Самослав барабанил пальцами по столу, с которого служанки убирали тарелки. — Мать неизвестно где, Никша тоже пропал. Значит, будем искать дальше. Точно не останешься, брат? Тут для тебя дел найдется по горло, с твоим-то опытом.
— Не останусь, Само, прости, — развел руками Стефан.
— Пойми, я не твой брат Ратко, я асикрит Стефан, слуга императора. Я вырос в Константинополе, там все, что мне дорого. Я безумно рад, что ты нашел меня, но я всегда буду здесь чужим. Кстати, как тут у вас к евнухам относятся?
— Да, — поморщился Само. — В твоих словах есть смысл. Но видеться мы теперь будем? Хотя бы раз в несколько лет. Так?"
"— Конечно, — кивнул Стефан. — Если я буду единственным, с кем ты будешь вести дела, то у господина протоасикрита не останется выбора.
Хотя, между нами авары, а путь сюда безумно долог и сложен.
— Это я и хотел обсудить, брат. Тут вот какое дело… Вы скоро с Григорием в Константинополь поплывете.
— Ку… Куда? — поперхнулся Григорий.
— К императору, — пояснил Самослав. — С посольством от нашего княжества. И подарки повезете. Он в Константинополе?
— Он был в Лазике, когда я уплыл из столицы, — пояснил Стефан. — Он же воюет с персами.
— Значит, поплывете туда, это неважно, — отмахнулся Самослав. — Важно другое. С твоим приездом у меня в голове сложилась очень неплохая и взаимовыгодная для нас с императором комбинация.
* * *Они поехали на восток, до самой аварской границы, где на месте городка Буривоя стояла пограничная застава. Прямая, словно стрела, дорога, вдоль которой были разбросаны небольшие деревушки, несказанно удивила Стефана. Он-то думал, что придется продираться через лесные дебри, но нет. Путь был легким, и они ночевали в домах старост, которые встречали князя низкими поклонами. Жили они богато.
Высокие дома на три — четыре комнаты, амбары с зерном и загоны для скота резко выделяли их хоромы из общего ряда сельских домов. Да и печи тут были сложены по моде, заведенной князем. Новая знать не хотела дышать дымом и отскребать каждую весну сажу со стен. И даже аварский набег мало что изменил в этом. Дома старост отстраивались первыми. Леса вокруг было полно, и в домах пахло свежим бревном, вновь рождая воспоминания в голове Стефана. Он хорошо помнил это запах.
