Дорожил Алексеев купеческим званием, поэтому отобедать с ним было не просто: не со всяким коммерсантом Акафий Ананьевич соглашался за один стол сесть. Однако приглашение Ивана Алексеевича принял. Очень уж Алексееву хотелось посмотреть на молодого человека, который в один вечер сто тысяч выиграл, да тут же их в рост и пустил. Уважал Акафий Ананьевич такой серьёзный подход к финансам.
Какими наливками угощал наш прадед купца, и о чём говорили два коммерсанта в ресторанном нумере, осталось тайной. Известно только, что на следующее утро Иван Алексеевич поехал в контору Алексеева, где получил от него ни много ни мало, а ещё сто тысяч рублей сроком на три месяца, под не очень большие проценты.
По-божески поступил Акафий Ананьевич: лишнего не взял, но и своей выгоды не упустил.
На утро 12 августа 18** года Иван Алексеевич наметил «генеральное сражение». Поднявшись вместе с зарёй, Иван Алексеевич тщательно выбрился, испил кофею и, надев деловой аглицкий костюм, поехал в банк, где снял со своего счёта всю наличность.
Из банка Иван Алексеевич прямиком отправился на биржу. На бирже уже начались торги, и вёрткие маклеры, пытаясь, перекричать друг друга, покупали и продавали не принадлежащий им товар. Среди этой суеты Иван Алексеевич отыскал знакомого маклера Федуненко, которого отвёл в сторону и добрых десять минут что-то шептал на ухо."
"– Помилуйте, Иван Алексеевич! Какая пшеница! Цены каждый божий день падают. Урожай-то, говорят, небывалый, – удивлённо ответил на странное предложение опытный маклер.
– Вот и хорошо, что цены падают, – не смутился Иван Алексеевич. – Пока цены падают, надо покупать.
– Да ты по миру пойдёшь, мил человек! Я же тебе русским языком говорю: урожай небывалый! Ну, купишь ты пшеничку, и что? Сгниёт она у тебя, так как дороже ты её не продашь, а дешевле торговать – себе в убыток!
– Не сгниёт! – упирался Иван Алексеевич. – Покупай смело, – и назвал сумму.
Федуненко удивлённо покачал головой, но предложенная сумма комиссионных заставила ринуться опытного маклера в гущу торгов.
Через час Федуненко по удивительно низким ценам скупил всё выставленное на продажу зерно. Биржа гудела, как улей, но всё было по чести, и торги приостановлены не были. Иван Алексеевич щедро расплатился с маклером и вечером того же дня отбыл в Нижний Новгород.
На следующий день специально нанятые приказчики стали свозить купленную пшеницу в арендованные Иваном Алексеевичем склады в Москве, Петербурге и Нижнем Новгороде.
