– Там, – Татьяна кивнула. – Только там не она, там труп. Ты убил и ее!
– Хорошо, иди в комнату. Полежи, я схожу, посмотрю, что с Раисой Сергеевной.
Татьяна, неожиданно послушавшись, зашла в спальню и закрыла за собой дверь.
Зотов, увидев скрюченное в последней судороге тело, сразу понял, что теща мертва. Страх и боль были последними эмоциями, испытанными ею в этой жизни.
Он как-то забыл про Петьку. Оставив его в квартире, отвез жену в больницу, а тело тещи санитары забрали в морг. А когда в конце дня позвонил в дверь своей бывшей квартиры, ему никто не открыл.
Зотов порадовался, что захватил запасные ключи, всегда лежавшие в маленьком ящике стенного шкафа в прихожей. Он думал, Петька сбежал, испугавшись гнева его, Зотова. Но тот был дома.
Сын – не сын полулежал в кресле, раскинув по подлокотникам руки. Под правой рукой на пушистом ковре лежал пустой шприц.
– Вот урод! Да кончится ли это когда-нибудь?! – Зотову пришла в голову отчаянная мысль, что бесполезно расставаться с прошлым. Оно догонит и добавит.
А то и не отпустит совсем. Посмотрев на сына, он вдруг насторожился. Из уголка рта Петьки текла пенящаяся слюна.
– Черт! Черт! – орал он, тыча в телефон. А потом молил бога, чтобы «Скорая» успела. А потом был очередной больничный коридор. А потом он ждал, пока выйдет врач. Зотов ждал, чтобы его успокоили, но слова «мы сделали, что смогли», поставили точку. Он только покачал головой. И пошел прочь. Позвонила Арина, но он не смог бы ее видеть. Зотов любил ее так, что не хотел, чтобы она отобрала бы у него хоть частичку его боли.
А она бы отобрала. И сама бы заболела его горем. А ей и своего хватает. Или у них теперь все общее?
Зотов лег спать в своем бывшем кабинете. Прямо на диване, в одежде, подложив под голову дурацкую синюю подушку в виде сердечка. Разве сердце бывает синим?
И проспал до утра…
– Татьяне лучше? – спросил он у врача, который подошел к нему сам.
– Да, в общем. Сильный нервный срыв. Главное, оградить ее от волнений.
– Как? Мать в морге.
– Это она уже «переварила».
– Вчера умер и сын. В наркологичке.
– Я бы не советовал пока сообщать ей об этом. Подождите хотя бы до завтра. Это ваш общий сын?
– До последнего времени я думал, да, – бормотнул Зотов в сторону. – Хорошо. Когда я могу ее забрать?
– Похороны ее матери завтра?
– Да.
– А сына?
– Наверное, тоже. Придется все-таки Татьяне сказать. Вы побудьте рядом. Я за нее не ручаюсь.
– Пойдемте, – врач кивнул на дверь палаты, в которой лежала Татьяна.
