Одних и тех же. С кем работает, с кем ездит и кое-кого из соседей. Некоторых еще не видел, о некоторых только слышал. А еще есть люди, которых трудно считать людьми, потому что они подобны наводнению или обвалу. Это сборщик или те, кто приходит с месячным обыском. Или человек от ростовщика. Крони знал, что почти все на уровне живут так же. Только у старухи меньше знакомых, а у господина Ратни больше.
Лифт останавливался. В него входили новые люди. Он уже был переполнен, и Крони слышал, как трещали старые тросы.
Стражник не имел права впускать столько людей, но ему не хотелось гонять лифт лишний раз.
— Когда-нибудь мы оборвемся, — сказал тихо седой техник.
Техник был старый, но, видно, хотел жить. Раньше Крони было все равно, жить или умереть. Наверно, потому, что он был молод.
Крони ничего не ответил, он боялся, что стражник услышит. Те, кто стояли рядом и слышали, тоже молчали. Лифт проехал без остановки следующий уровень, кто-то крикнул через решетку:
— Вы куда? Мы опоздаем.
— Надо раньше вставать! — ухмыльнулся стражник.
Крони через головы соседей смотрел на разноцветные потеки на стенах шахты лифта. Поверх других тянулась узкая красная полоса. Прорвало трубу в красильной мастерской, подумал трубарь.
Увидев двух торговок с корзинами, стражник остановил лифт.
— Некуда, нам и так тесно, — проворчал кто-то сзади.
Торговки сунули стражнику по монете, но ему этого было мало. Он взял у них из корзин по белому сладкому корню. Торговки попробовали втиснуться в лифт, но корзины мешали.
Стражник схватил ближних пассажиров и вышвырнул их из лифта.
— На следующем захвачу, — сказал он.
— Ты чего так рано? — спросил мастер.
Мастер сидел за столиком и чиркал куском графита по плану какого-то сектора.
— Я вымыться хотел, а меня женщины не пустили.
Мастер был неплохой, добрый, с ним можно было говорить.
— В квартальном бассейне купаться задумал? — спросил он. — Грязная твоя рожа.
— А вы как догадались?
— Чего тут догадываться.
Мало у тебя луж на участке?
— Вы правы, мастер, — сказал Крони. — В лифте я видел красный подтек. Наверно, в красильной мастерской труба течет.
— Знаю, — сказал мастер. — Ты пятый, кто мне говорит об этом. Даже сам управляющий звонил.
Мастер показал измазанным графитом пальцем на крышку переговорной трубы.
— Я туда уже послал людей. Сегодня пройди немного за участок, посмотри, нельзя ли отключить восьмую или девятую линии. Они все равно почти не тянут.
