- Нет, — изумилась Лизавета. — Он не отстаёт от неё?
— Уже отстал. Мы поговорили, и он отстал. Нет, она ему не слишком-то и была нужна, так, просто. Тилечкой сложно не восхититься. Я посоветовал ему не ждать её в тёмных коридорах, а выставлять себя в наилучшем свете и на свету, простите за неудачное выражение. Но всё это сейчас не имеет никакого значения. Потому что мы отвлеклись.
— От чего? — не поняла она.
— От поздравлений и подарков, конечно же. Брошь — это польза. К слову, их исходно три, и третья — у меня.
— О как.
И вы её носите?
— Теперь буду, — он показал на свой расшитый дублет, и там среди цепей сложного плетения сверкала такая же брошь, камень был насыщенно-синим. — И не стесняйтесь звать на помощь, понятно?
— Да, спасибо, — ну вот, опять он о ней заботится.
А она так, по мелочи.
Он же тем временем достал из поясной сумки что-то ещё.
— А это просто так, без особого смысла, — он молниеносно застегнул на её шее какую-то штуку.
Лизавета потрогала — бусы. Попробовала увидеть — вроде, жемчуг.
Взяла шкатулку от госпожи Клары, в её крышке было небольшое зеркало. Жемчуг, мать его. В три ряда. Крупный, ровный, белый.
— Это называется — без особого смысла? — проговорила она."
"— Ну да, — пожал он плечами. — У видной дамы не должно быть голой шеи, это непорядок. У юной девицы — может, она выйдет замуж, и муж, если он хоть чего-то стоит, ту шею прикроет. А вы дама видная и красивая, на вас обращают внимание, муж же ваш где-то там потерялся, да и ладно. И раз я могу исправить это упущение, то беру и делаю.
И желаю вам в будущем году не знать печалей, не иметь врагов и быть счастливой, — он привалился к стене и просто смотрел на неё, а она словно замерла и не могла ни вздохнуть, ни пошевелиться.
В коридоре что-то грохнуло, оба отмерли.
— Спасибо вам, господин Фалько, — она как могла учтиво кивнула. — И позвольте тоже поздравить вас с наступающим годом. Увы, я не знаю, чем закрывают шею здешние достойные кавалеры.
Лизавета достала из сундука ту синюю сумку и протянула ему.
Он взглянул на неё, на сумку, улыбнулся, взял. Рассмотрел.
— Откуда ж вы взяли такую красоту?
— Встретилось, — подала она плечами. — Я подумала, что вам подойдёт. Мне сказали, что такой корабль у вас есть.
— Точно, есть, — он смотрел то на неё, то на предмет в своих руках. — И место на поясе найдётся, — он принялся открывать и смотреть, что внутри.
Вытащил обшитый кружевом кусок ткани, развернул. Посмотрел на неё, потом на платок. И снова на неё. Она растерялась.
