— Недостаточно…
Небеса думали, что могут сломить его? После всего, через что он прошел? После всех похоронных костров, после всех слез, боли, страданий? Нет. Этого недостаточно, чтобы он сошел со своего пути.
Хаджар моргнул.
Еще пока теплый, осенний ветер трепал полы его пальто. Он стоял около автобусной остановки и курил сигарету. Или то, что от неё осталось. Чадящий фильтр уже обжигал пальцы, но он отказывался выкинуть окурок в урну.
Может потому, что эти колкие укусы огня, облизывавшего плоть — то немногое, что уверяло его в том, что он хоть что-то чувствует, а значит — действительно есть.
А может из-за лени.
Как в том тупом анекдоте про лень, яйца, кота, рельсы и поезд. Анекдот, который ты не понимаешь в детстве. Как это можно настолько облениться, что не слезаешь с рельс, когда едет поезд, которые явно отрежет тебе яйца.
А потом становишься старше и понимаешь, что дело вовсе не в яйцах. И что рано или поздно в твоей жизни наступает момент, когда ты стоишь на этих самых рельсах и надеешься, что поезд отрежет не только яйца…
Он смотрел на приходящие и уходящие рейсы.
Вместо рельс — асфальт.
Вместо поезда — набитые битком пузатые автобусы.
Впереди — здание клиники.
Позади — Город.
Ах да… как-то невежливо получилось.
— Ну здравствуй, Город, — поздоровался он.
— Ну здравствуй, — ответил ему гранит и ржавые крыши нищих домов, перемеженные позолоченными куполами дворцов и соборов.
Кто-то назвал бы это развилкой. Пунктом, точкой, моментом в жизни, где ты должен что-то выбрать и что-то для себя определить.
Вот только все эти философы и мыслители почему-то решили утаить тот факт, что жизнь не книга, не фильм и не их научный трактат. И не будет такого, что один раз выберешь, один раз спрыгнешь с рельс перед тем, как поезд раздавит тебя и все — больше никогда обратно не вернешься.
Нет.
Все совсем не так.
Вся жизнь — это не одно железнодорожное полотно, а чехарда с бесконечным множеством таких вот развилок.
И где в этом глубокая мысль. Где в этом философия.
Где вообще смысл в том, что ему приходится каждый раз выбирать между плохим, ужасным и совсем уж невероятно сраным вариантом.
И все ради чего?
Чтобы в скором времени опять встать перед выбором.
Рядом промелькнул молодой парень, уставившийся в стеклянный прямоугольник, заменявший ему окно в симуляцию жизни под названием — последнее достижение науки в вопросе эскапизма.
Ну, кому экран, а кому — догорающий фильтр сигареты. Разницы никакой.
