Чего ты тут сидишь, это словоблудие слухаешь?
– Пропаганда, Нестор Иванович, великая сила, – сказал Аршинов. – Мы должны в Москве сохранить источник анархических идей… Что, не понравился тебе Волин?
– Напротив, я ему благодарный! – ответил Махно, провожая взглядом пролетку, в которой какой-то человек в форменной фуражке вез своего подвыпившего спутника, держа его за воротник. – Благодарный, потому шо понял: надо мне утикать из Москвы, и как можно скорее. Москва – центр бумажной революции. Отсюда только декреты проистекают и слова.
А настоящая жизнь – там!
Они шли по улице.
– Уеду и буду поднимать народ против немцев! А когда их скинем, когда устроим свою крестьянскую анархическую республику, то большевиков, ну, если у их хватит ума до нас прийти, встренем як хозяева: пожалуйста, считайтесь с нами, селянами. Дадим и хлеба, только дайте нам самим хозяйновать так, как мы хотим. А шо им останется делать? Крестьянство мы защитим не только от их догм, но и от панов, офицерья, от всяких гетьманов… Не, спасибо Волину, очень непонятно, но красиво говорил.
Под его речь мне хорошо думалось. Лучше, чем в тишине.
Они какое-то время шли молча. Потом Нестор обернулся к Аршинову:
– А то поехали со мной, Петр Андреевич! Нужен мне там такой, как ты, человек. Понатерпелый и знающий.
– Не могу, – ответил Аршинов. – Здесь решается много не только важного, но и для наших краев полезного!
– Много бумажного! – со злой иронией отрезал Махно. – Москва сильно много о себе представляет.
А жизнь, она – там! – Он взмахнул рукой, указывая вдаль. – Горькая жизнь, согласен! Но другой, настоящей, пока нема! Но если все сообща за этот гуж возьмемся да с силой в одну сторону потянем, то будет!
Глава четырнадцатая
Через два дня высокий бородач в английском френче вручил Нестору несколько бумажек:
– Документы… справки… Прочитайте, запомните!
Длинноволосый Зельцер в своем фартуке стоял, скрестив грязные руки. Со странной усмешкой наблюдал за Нестором.
– «Народный учитель Шепель Иван Яковлевич… Шепель Иван Яковлевич… – повторяя, пытался запомнить Махно, – …находился на излечении в Яузской больнице на Швивой горке по поводу туберкулеза»… – Махно коротко взглянул на Зельцера. – А вы откуда узнали насчет туберкулеза?
– Тоже мне загадка Сфинкса… Вы присмотритесь к бумагам: нигде не жмут?
– Хорошые бумаги… Потертые, помацанные… Нам бы такого колдуна! – Нестор с восхищением посмотрел на Зельцера.
