Не знаю, как у меня хватило выдержки не схватиться за кухонный нож, а попросить о помощи знакомых из полиции. Помогли, иначе сидела бы за убийство. Здесь, если что, помочь будет некому.
Наваждение развеял голос Винсента, в котором холод сменился злостью.
– Да хоть в храм Предвечной! И что тебя понесло на рынок? Что тебе там делать без денег!
– У меня есть деньги, вот! – Я разжала кулак, в котором до сих пор стискивала подаренную Кэри монетку. Винсент потянулся к ней, и я стремительно спрятала руку за спину, сжав кулак.
– И только посмей их у меня отобрать!
– Баснословное богатство! – фыркнул Винсент.
– Какое уж есть! – Походив с Кэри по рынку, я и сама прекрасно понимала, что на эту медяшку смогу купить разве что кочан капусты. Но это были первые заработанные мной в чужом мире деньги, да и не в них дело. Обида сжала горло. Позаботиться хотела, дура. Сдалась ему моя забота!"
"– Выпусти меня отсюда, – я постаралась, говорить спокойно. – Я ни в чем перед тобой не виновата и больше разговаривать в таком тоне не буду.
Но если ты считаешь, что твоя жена не может выйти на улицу без твоего высочайшего на то разрешения, то купи себе рабыню, а меня оставь в покое!
– Рабство вне закона, да и рабыня мне не нужна.
– Можно подумать, я тебе нужна!
– Ты повторяешь это так часто, что я могу и поверить, – ровным голосом произнес он.
– Я??? Это ты вчера заливался соловьем рассказывая, как никто никому ничего не должен! Что все, что тебя интересует – это мои знания!
Он неловко дернул шеей, точно сдерживался из последних сил, но меня уже несло.
Вчера мне в самом деле показалось, что я небезразлична ему, а сегодня… Словно два разных человека. Вот этому ледяному красавцу небезразлична? Дура!
– Ладно, сделка – так сделка, в конце концов, в страстную любовь с первого взгляда я все равно бы не поверила. Но какого рожна ты на ходу меняешь условия? Теперь выясняется, что мне нельзя из дома выйти без высочайшего позволения?
– Без моего сопровождения.
– Еще лучше! Тогда что мелочиться, запирать в комнате! Может, сразу к себе цепью прикуешь!
– И прикую! По крайней мере, тогда я буду знать, где ты, и что убийца до тебя не добрался!
Я охнула, монетка выпала из разжавшейся ладони и покатилась по полу. Я действительно дура! Редкостная, причем.
– Прости, – прошептала я, но Винсент, кажется, не услышал. Или у него тоже не осталось сил – а, может, желания – держать себя в руках.
