— Я теперь постоянно буду подконтрольной? — ее прям трясёт, тужится, носом шмыгает. Смотрится забавно. Могу же и силой отправить в душ.
— Да. — спокойно отвечаю я. Она сама не может о себе позаботиться. Думает о чем угодно, но не о своём здоровье. — В ванну, быстро.
Ее волнообразное, девичье краснение с раздутыми ноздрями и сверкающими глазами доводят меня до экстаза. Хер в штанах колом стоит. И Мониша это замечает, злится, не нравится ей, что я командую. Отвыкла от меня; решила, что может теперь быть самостоятельной и своевольничать.
— Извращенец. — запускает в меня тарелкой, которая разбивается у самой моей головы.
Встаёт, прикрываясь и покачивая своими булочками, причём специально, провоцируя, отправляется в ванну, захлопывая дверь и проворачивает замок. Так и вижу, как за дверью кривится и шепчет нехорошие слова.
На этот раз смеюсь в голос. Могу эту дверь вынести с одного удара, могу открыть не напрягаясь. Открываю в планшете приложение «Умный дом», нажимаю нужную кнопку и раздаётся характерный щелчок.
Открываю дверь медленно, зная, что она стоит у неё, слышит все, даже ждёт.
Смотрит на меня огромными, голубыми глазищами. То ли расплакаться хочет, дурочка, то ли обижается, не понятно на что.
— Что ты как ребёнок, Мониша. — шепчу я, целую в худое плечо, откидывая назад тяжелые светлые локоны. — Давай в душ, потом в пижаму и под одеяло. Следующие три дня будут только наши. Только ты и я.
Она жмётся всем телом ко мне и ее напряженные соски трутся о мою грудь, распаляя еще сильнее.
Алиса становится на носочки, практически на самые пальчики, чтобы дотянуться до меня. Кнопочка моя. Подхватываю ее за жопку, поднимаю, она послушно обвивает ноги вокруг моего торса. Прижимаю к себе ее так сильно, чтобы через ткань джинс ощутить влажность ее тела.
— Мне нужно закончить с одним делом и я приду к тебе. — кусаю ее ушко. Тигрица урчит. Хотя какая из неё тигрица, желтенький цыплёночек.
Когда Захар приводит растрепанную Габи ко мне в кабинет, я пью виски прямо с горла, закусывая кислым лимоном.
Армянка сегодня одета более скромно, чем обычно. В спортивных брюках и футболке она выглядит по другому, выдернул ее Захар видимо из дома, не готовую к аудиенциям. Смотрит она испуганно, затравлено, дрожит.
— Ну привет, Габи.
— Лука. — она плюхается на диван, обхватывая силиконовую грудь, темные соски которой прорисовываются через прозрачную ткань футболки. Габи словно случайно прокатывает сосок между пальцами.
