— Главарь полицаев вплотную подошел к Домнину. — Новую власть не уважает, на учет в управе не встал, так еще и, наверное, краснопузых бандитов укрываешь?! — Он упер ствол автомата в живот ротмистра. — Я тя щас здесь шлепну, а дочку твою с собой заберу. Пусть прислуживает да грехи твои замаливает. Вы как, братва, отпустите евойной дочке грехи? — Михась, ощерившись, полуобернулся к своим подельникам.
Ну все, Домнин сейчас взорвется. Теперь мой выход. Я поправил висящую на ремне на немецкий манер, спереди слева, кобуру с пистолетом и вышел на крыльцо.
"
"— Пан Домновский, — не обращая внимания на выпучивших глаза полицаев, громко обратился я по-немецки, — вы обещали, что здесь нам никто не помешает и что посторонних здесь не бывает. Герр оберст будет крайне недоволен. Кто эти люди и почему они здесь?
Михась аж весь подобрался и попытался изобразить что-то вроде строевой стойки. Ну а как иначе? Перед собой они увидели человека в немецком комбинезоне, о чем говорил нашитый на груди орел со свастикой, говорившего на немецком языке, который вел себя с уверенностью хозяина.
Да и слово «оберст» явно поняли все. Специально вставил его в речь, так как не был уверен, что приехавшие знают язык своих хозяев. Хотя, похоже, тот же Михась вполне понял, о чем речь.
— Не извольте беспокоиться, господин гауптман! — Домнин быстро повернулся ко мне и заискивающе начал кланяться. Нет, ну какой актер пропадает, даже я поверил. А сколько угодливой покорности в глазах. — Господин оберст будет доволен. А эти люди представляют новую власть и заехали проверить, все ли в порядке.
— И тут же, будто бы спохватившись: — Ох, Матка Бозка, вы же, наверное, не понимаете по-нашему.
— Я есть все понимайт. — Я попытался изобразить немца, говорящего на русском языке. — Германский официер должен знайт язык свой враг. Кто ви есть такой? Папирен! Аусвайс! — Это уже к приехавшим полицаям.
— Йа, йа, герр афицир! — зелепетал Михась, отходя от Домнина на пару шагов.
Он достал откуда-то из-за отворота кожаной куртки, в которую вырядился, удостоверение и с полупоклоном протянул его мне.
Я чуть сместился в сторону. Блин, двое все равно в мертвой зоне. А удостоверение интересное. На каждом развороте бордовых «корочек» наклеено по фотографии, на одном по-русски, а на другом по-немецки написано, что «предъявитель настоящего удостоверения Зареба Михась является начальником вспомогательной полиции села Большие Ключищи и имеет право ношения оружия и нахождения на улице в любое время суток».
