По англичанам отработали единороги, батальоны ловко маневрировали, бегом выходя из-под огня. Не везде. В какой-то момент русские батареи сконцентрировали огонь на горцах из 74-го, совершенно его растерзав — казаки добили. Когда их отогнали отправленные из резерва свежий полк «печных труб» и драгуны, было уже поздно, хайлендерский батальон приказал долго жить.
Намного лучше дело пошло по центру: «вареные раки» сошлись лицом к лицу с беломундирниками, оставив пушки далеко позади, и затеяли с ними яростную перестрелку — кто кого? Маратхи на удивление держались стойко, как и войска индийской Жанны Богум, но Лейк не сомневался: еще немного, и победа останется за его людьми.
«Бог не на стороне больших батальонов, а на стороне тех, кто лучше всех стреляет», — кажется, так сказал этот вольнодумец Вольтер, которого превозносили, пока кровавая французская революция не внесла отрезвление в увлекающиеся головы и не покончила с галантным веком?
Все изменил стук копыт, похожий на удары в большие тамтамы на боку слонов махараджей, столь мощный, что сразу становилось понятно — скачут тысячи коней.
И они приближались с тыла! Лейк стремительно развернулся и похолодел: на фоне встающего солнца, еле-еле пробивающегося сквозь густую дымку, к батареям артиллерийских рот стремительно приближалась конная армия. Необычная. Под черным флагом. Всадники везли на крупах своих лошадей маленьких пехотинцев. Повернуть орудия на восток пушкари не успевали — они так и погибли около своих пушек, смотрящих на запад, пали под ударами кривых шашек.
Лейк ретировался со своей свитой под защиту резервных батальонов, которые, заняв позицию в бывшем лагере сикхов, спешно формировали каре. На них чуть не набросилась многочисленная конница на низких лошадях. Потерпев неудачу с полками в английском тылу, она устремилась дальше, заходя в тыл шеренгам, ведущим перестрелку с беломундирниками, а на сикхский лагерь начали наступать гуркхи перекатными цепями. Первая линия делала выстрел. Пока она перезаряжалась, вторая линия пробегала вперед и тоже стреляла.
Далее следовала третья, четвертая… Эта необычная тактика тут же принесла свои плоды. «Легкие роты» резерва отстреливались, но их огонь, малорезультативный, не мог переломить ситуацию (1).
— Нас же сейчас перебьют, как уток! — взвизгнул молодой солдат, хватаясь за голову — пуля унесла его черный кивер.
— Завали хлебало, сосунок, и стреляй! — зарычал сержант, огрев его древком своего спонтона.
