И рыбку съешь, и на люстре покатаешься.
Он подвел его к «Мерседесу», вопросительно посмотрел на Милу:
– Ты можешь ехать домой, а можешь поработать оперативным водителем. Выбирай. Только думай недолго.
– Могу и водителем, – растерянно, но с желанием помочь ему отозвалась Мила. – А куда ехать?
– В РУБОП, – едва заметно усмехнулся Потапов.
Он уложил киллера на заднее сиденье, сам устроился рядом, плотно прижав его к заблокированной двери.
– Знакомься, Мила, убийца твоего мужа! – представил он задержанного.
– Убийца моего мужа?!.. Ты серьезно?
– Серьезней не бывает.
– Какого мужа? Никого я не убивал! – задергался преступник.
– А Пилипчука?
– Э-э… Ну, я случайно…
– Шел по дороге, увидел пистолет с глушителем, решил опробовать прямо на месте, да?
– Ну, а что? Лежит ствол, взял в руки, а он как выстрелит…
– Да, но перед тем как ствол взять, ты, как порядочный человек, паспорт на его место положил, чтобы потерявший знал, где пропажу искать, да?
Михаил уже обыскал его, но никаких документов при нем не нашел.
Что, впрочем, неудивительно.
– Какой паспорт? О чем вы?
– О твоих паспортных данных. Фамилия? – резко и хлестко спросил Михаил.
Он не смотрел на Милу, но ему показалось, что девушка вздрогнула.
– Чья?
– Твоя.
– Ну, Лагов, Александр Алексеевич.
– И зачем же ты, Александр Алексеевич, Пилипчука убил? Если хочешь, я тебя в театр юного зрителя отвезу, там сказки про пистолет рассказывать будешь…
– Заказали его, – пробормотал Лагов.
– Кто?
– Не знаю… Мое дело маленькое – на спуск нажать.
Стас показал мне, в кого стрелять, ну я и сделал. Говорю же, мое дело маленькое. Я сам как пистолет; куда меня направят, туда я и выстрелю."
"– Я бы на твоем месте не ломался. От Пилипчука ты не отвертишься, тут без вариантов. На пожизненное сесть можешь, если сотрудничать не будешь.
– Но я правда не знаю, кто Пилипчука заказал. Мне сказали, я сделал.
– А Стас знает, кто заказчик?
– Ну, может быть… Я не выяснял: меньше знаешь, крепче спишь.
– Хорошо, как Стаса взять? Где он живет?
– На Садовой квартиру снимаем.
Дом восемнадцать, квартира сорок три.
Михаил позвонил Мухину, сообщил адрес, по которому нужно было срочно выслать наряд, после чего продолжил экспресс-допрос.
– Я твоего Стаса на авторынке видел четвертого ноября. Тебе ни о чем эта дата не говорит? Где ты находился четвертого ноября двухтысячного года в одиннадцать часов тридцать минут?
– Четвертого ноября? Не помню.
– Так я напомню.
