Сбитый с ног мужчина стал подниматься, вытаскивая из-под куртки пистолет с глушителем.
Но везение отвернулось от него. Прибор бесшумной стрельбы зацепился за складку одежды. Впрочем, если бы эта досадная заминка и не произошла, все равно шансы киллера на успех равнялись нулю. Михаил ударил его наотмашь рукой, как медведь – лапой. И пока мужчина приходил в себя, он и наручники на его руках защелкнул, и набрал телефон Мухина.
Но поговорить с начальником ему сразу не удалось – помешали два громоздких парня в черных костюмах; они бежали по следу задержанного и едва не схватили Михаила за грудки.
Пришлось наставить на них ствол «ПММ», чтобы оградиться от их буйной агрессии. А право применить против них табельный пистолет Потапов имел – парни были вооружены.
– РУБОП! В чем дело?
– А-а, РУБОП! Ну тогда другое дело, – курносый парень с красными от волнения щеками посмотрел на стальные браслеты наручников, что украшали запястья киллера. – Этот нашего босса убил.
– Вы стреляли? – спросил Михаил, вспомнив про глушитель.
– Ну да, сначала он, потом мы.
Потапов поднял руку, требуя тишины. На проводе был Мухин, и Михаил, вкратце объяснив ситуацию, назвал номер уехавшей «семерки». Начальнику не нужно было объяснять, что нужно срочно начинать операцию «Перехват».
– Урожайный у тебя сегодня день, – одобрительно хмыкнул Мухин и положил трубку.
Ему сейчас не до Михаила, очень много срочной работы впереди. Не трудно начать «Перехват», гораздо сложнее организовать его так, чтобы операция дала результат.
– Значит, босса вашего убил?
– Да, мы из офиса выходили… – начал было телохранитель, но Михаил его оборвал:
– Кто у вас босс?
– Пилипчук Антон Степанович.
– Кто он такой?
– Банкир…
Потапов ожидал услышать, что жертвой стал Архар или Череп, который вот-вот должен был вернуться в город. А тут какой-то банкир. Но в любом случае заказное убийство – его епархия. Ведь преступление уже раскрыто, а формальностями пусть другие занимаются.
– Следователь сейчас подъедет, ему все расскажешь.
А я с этим разберусь.
Мила стояла у машины за открытой дверью, на Михаила она смотрела со смесью страха и восторга, а на киллера – с омерзением. Он же на нее вообще не смотрел. Скользнул по ней равнодушным, ничего не значащим взглядом. Понять его можно, не до женщин ему сейчас.
Одной рукой Михаил держал за шкирку преступника, другой – взятый в платок пистолет с глушителем.
– Ну что, говорить будем?
– Да пошел ты! – сквозь зубы процедил убийца.
– Вместе пойдем.
