— Ты боишься не меня, Вика, — тихо сказал он, его голос проникал мне под кожу, растекался горячей магмой по венам. — Ты боишься того, что чувствуешь рядом со мной."
"Он не настаивал. Это было не насилие, не принуждение. Но его близость, его прикосновения — это было оружие, способное разрушить всю ту оборону, что я выстроила. Я пыталась противиться, но моя душа, словно задыхающийся, пойманный в силки раненный зверёк, начала тянуться к нему. Мои губы пересохли. Его пальцы продолжали блуждать в моих волосах, и каждый раз, когда они касались моей головы, я чувствовала слабость в коленях.
Я хотела, чтобы он прекратил. Или, может быть, не хотела? Эта мысль снова пронзила меня, как ядовитая кислотная молния, раскалывая разум пополам.
Его взгляд скользнул вниз, на мои губы, и я поняла, что он видит всё, что происходит внутри меня. Видит, как мои мысли разрываются на части, как я стою на грани чего-то неведомого. Он не спрашивал меня прямо. Не было слов. Но я знала, что сейчас он мог сделать всё, что захочет, и я не смогу остановить его.
Ахмад склонился еще ближе, его лицо оказалось рядом с моим, и я почувствовала, как моё тело само тянется к нему. Как приоткрываются губы и опускаются веки, я приподнимаю голову…в ожидании поцелуя. Но в этот момент он вдруг отстранился, резко и неожиданно, как будто оборвав нить, которая тянулась между нами. Я замерла, не веря, что всё это действительно произошло.
— Спокойной ночи, Вика, — произнёс он с улыбкой, от которой я снова покрылась мурашками.
Он ушёл. Ушёл в тот момент, когда я уже почти готова была поддаться этому дьявольскому искушению.
***
Я осталась стоять посреди комнаты, как окаменевшая, всё ещё чувствуя его присутствие вокруг себя. Его тепло будто витало в воздухе, а сердце всё не могло успокоиться, как птица, захлопнутая в клетке. Я не могла поверить, что он просто ушёл. Ушёл в тот момент, когда каждая клеточка моего тела уже была готова поддаться… готова раствориться в его руках.
Он разжёг огонь, но не дал ему вспыхнуть. Мои пальцы дрожали, я подняла руку к губам, будто хотела проверить, целы ли они. Горят. Ахмад не коснулся их, не притронулся, но я отчётливо чувствовала его дыхание на своей коже, как будто его губы всё же сомкнулись на моих в страстном поцелуе.
«Что ты делаешь со мной?» — мелькнуло в голове. Я не могла понять, почему так реагирую на него. Я не должна была чувствовать это. Я должна была его бояться.
