Мой взгляд упал на покрасневший кончик ее носа и заалевшие щеки. Я часто замечал подобное – особенность ее светлой кожи, на которой румянец смотрелся особенно ярко, и, сказать по правде, я находил это милым и притягательным. И прямо сейчас я возжелал поцеловать ее в покрасневший нос и щеки. Позволит она сделать мне это или оттолкнет, как делала всегда?
Я решил проверить, потянулся к ее лицу, но услышал недовольное:
– Ты пялишься на меня, Уилсон.
– Твои глаза закрыты, – напомнил я.
– Я чувствую на себе твой взгляд.
Ее ресницы затрепетали, однако она так и не открыла глаза.
– Ты будешь спать?
– Наверно, но если я вдруг начну храпеть…
– Разбудить тебя?
Кирби фыркнула:
– Нет, придуши сразу, потому что я не перенесу этого позора.
Я затрясся от беззвучного смеха, на что Стоун улыбнулась самой очаровательной улыбкой из своего арсенала. Хотя о чем это я? Каждая ее улыбка была такой.
– Ты идеальна.
Она отрыла глаза и уставилась на меня.
– Это не так.
– Идеальна, Стоун, идеальна для меня.
– У меня отвратительный характер.
Вредность, несговорчивость, непокорность…
– Стали бы огромным минусом, если бы я выбирал себе лошадь, но так уж вышло, что я предпочитаю женщин, конкретную женщину.
Она неловко сглотнула, не сводя взгляда с моего лица.
– Ты не понимаешь, о чем говоришь, – покачала головой она, приподнимаясь, отстраняясь от меня и усаживаясь рядом. – Не идеализируй меня, ты ошибаешься.
Я взглянул на небо и тусклый месяц.
Это она ошибалась.
– У дедушки был телескоп, и он часто показывал мне небо.
Луна всегда влекла меня гораздо больше остальных небесных тел."
"– И чем же? – немного раздосадованно усмехнулась она.
– Загадками о другой ее стороне. Она показывает только одну сторону, красивую и холодную, но никто так и не увидел ее с другой стороны. Ты напоминаешь мне луну, Кирби. Я был без ума от той стороны, которую ты позволяла мне увидеть, но мечтал узнать и другую – темную сторону луны.
И я узнал, ведь почти уверен, что такой, какой она была со мной, Кирби не была больше ни с кем.
Она уставилась на свои колени и улыбнулась, но эта улыбка показалась мне странной, почти уверен, что она появляется в те моменты, когда ты чувствуешь себя проигравшим, поверженным.
– А ты напоминаешь мне солнце. Яркое, манящее, но горячее настолько, что к нему нельзя приблизиться, оно ранит, – пробормотала она.
– Нет, не ранит, потому что ты приблизилась. И именно поэтому мы прекрасная комбинация, ведь только солнце способно зажечь луну.
