А ты давно тут? Я есть хочу…
Есть? Это я сейчас, это я мигом! Хочет есть — это же хорошо? Значит, идет на поправку, так?
Вскакиваю с места и тут же мысленно хлопаю себя ладонью по лбу: где я возьму еду в шесть утра и что вообще ей можно? Как бы не навредить.
Выхожу в коридор и натыкаюсь на сидящего на скамейке рядом с палатой отца. Выходит, и он провел тут ночь, так и уснул, прислонившись к стене. Решаю его не трогать, но он просыпается сам, когда я закрываю за собой дверь, вскакивает на ноги, будто и не дремал вовсе.
— Как она? — слышу в его голосе беспокойные нотки.
— Есть попросила.
— Есть? — Отец тянет губы в улыбке точно так же, как и сестра. Все-таки они очень похожи. — Это хорошо. Подожди тут, вдруг Софии что-то понадобится, я схожу к медсестре.
Он уходит, а я занимаю его место и достаю телефон, кручу его в руках и размышляю, как быть. Придется что-то насочинять Алисе, ведь еще как минимум на день, а то и больше, останусь тут.
Может, что-нибудь написать? Открываю мессенджер и сразу вижу ее селфи, которое она прислала мне вчера.
Пока пытаюсь оформить мысли в слова, словно из ниоткуда возникает отец.
Твою ж налево! Мигом выключаю экран и прячу телефон. Отец потирает подбородок и изгибает бровь:
— У тебя появилась девушка? Познакомишь?
Я с облегчением выдыхаю. Выходит, он не успел ее разглядеть.
Жаль только, нельзя познакомить знакомых.
— Обязательно, — коротко бросаю я, даю понять, что эта тема закрыта: — Когда-нибудь потом.
— Назар, — прищуривается отец, — тебе не кажется, что пора прекратить эту непонятную игру в молчанку?
Упрямо поджимаю губы.
— В конце концов, не ты один ее потерял, — в сердцах восклицает он. — Мне тоже тяжело!
Это он о матери, разумеется. Ага, тяжело ему. Так тяжело, что спустил все на тормозах. Нет уж, в постель ложились оба, отвечать должны тоже оба.
А то странно выходит: отец наказывает себя сам, все больше превращаясь в тень, в то время как Алиса живет себе, горя не знает, считая, что может продолжать в том же духе.
Хрен-то она угадала!
— Давай не здесь, — киваю я на палату Софии.
Отец оборачивается и, как и я, видит, что она не спит и смотрит на нас, надув губы.
Чувствую укол вины и злость на родителя — нашел где меня отчитывать, еще не хватало расстраивать сестру нашими ссорами.
В итоге мы тщательно притворяемся, что все в порядке, когда вместе входим в палату.
Слава богу, отцу приходится уехать по работе, и я развлекаю сестренку один.
