На мгновение Илья подумал о том, что Хованский мог сыграть с ним злую шутку, не позвонив в Одинское управление, а может быть, дело всего лишь в том, что местный руководитель забыл предупредить следователя или не успел этого сделать, не ожидая, что Лунин приедет так рано.
Пока возникающие в голове Лунина предположения сменяли друг друга, сплетаясь в клубок, исчезали, а потом вновь возникали из ниоткуда, Ирина Владимировна протянула руку к стоящему на столе городскому телефону и набрала короткий внутренний номер.
— Это Шестакова, — с невидимым собеседником она разговаривала почти так же строго, как с Ильей, — он приехал.
Да, сидит у меня в кабинете. Хорошо, жду.
Судя по услышанной Луниным части разговора, о его визите Ирина Владимировна все же была предупреждена и теперь сообщила кому-то, скорее всего руководителю управления, о том, что незваный и, судя по ее лицу, неприятный гость появился. Помня о принятом в народе сравнении подобных персонажей с представителями татарской национальности, Лунин попытался представить реакцию Ирины Владимировны, если бы в ее кабинет вместо него вломился, размахивая кривой саблей, усатый и узкоглазый потомок Чингисхана.
Хотя, кажется, его потомки — это монголы. Тогда почему в поговорке говорится именно про татар?
— Может, чайку? — предложил Лунин, как он это обычно делал, когда в его кабинет забегал поболтать кто-нибудь из коллег, но Шестакова лишь неприязненно взглянула на него в ответ. Илье показалось, что Ирина Владимировна собиралась что-то ему сказать, скорее всего, столь же холодное и колючее, каким был ее взгляд, но не успела, поскольку дверь за спиной Лунина распахнулась, и в кабинет стремительно вошел мужчина в форме подполковника, в одно мгновение поразивший Илью сочетанием удивительно маленького роста и не менее удивительного огромного живота.
Казалось, что мужчина, перемещаясь в пространстве, не идет, а буквально перекатывается, и даже явно пошитая на заказ форма, довольно удачно сидящая на фигуре, ширина которой фактически равнялась высоте, не могла уменьшить комизма представшей перед глазами Лунина картины.
— Лунин Илья Олегович.
Вскочив на ноги, Лунин вытянулся во все свои сто девяносто три сантиметра, буравя взглядом начальника управления, но стараясь, чтобы взгляд его не падал на того сверху вниз. Судя по всему, Илье это удалось, так как, взглянув на Илью, подполковник удовлетворенно кивнул и коротко пожал ему руку.
— Присаживайтесь, а то мне туда наверх докрикивать тяжело будет.
