— Он просто обхватил тебя сзади рукой за горло, притянул к себе и ударил по голове, так?
— Да.
— Во что он был одет?
— В смокинг, по-моему. Я видел только руку, но, по-моему, это был рукав смокинга.
— Ты уверен, что это был рукав смокинга?
— Да.
— И было не слишком темно, чтобы это разглядеть?
— Нет. Нет.
— Какого цвета был смокинг?
— Черного.
— А не синего?
— Нет. Черного.
— И ты уверен, что не ошибся? В такой темноте? В тени этого дерева?
— Да, Он был черный. По-моему, черный.
— Человек сначала заговорил, а потом ты закричал? Или ты сначала позвал на помощь? А?
— Сначала он заговорил, а потом я… нет, минуточку. Сначала я крикнул «На помощь!», а потом он выругался и ударил меня.
— Только один раз, верно?
— Да. Он ударил меня по голове. Это все, что я помню.
— И ты упал без сознания, верно?
— Да.
— Один последний вопрос, Бен.
— Да?
— Почему ты лжешь?
* * *Уже растаяли в воздухе, с треском и шипением, огромные огненные колеса, уже отпылали в небе красные римские свечи, А теперь пиротехники из фирмы «Свадьбы и торжества», находившиеся позади платформы для фейерверка, готовились зажечь запалы последних ракет для грандиозного финала.
Томми Джордано стоял бок о бок со своим тестем и молодой женой в свете украшавших оркестровую эстраду ламп и дожидался яростного каскада взрывов и огней, который должен был разразиться через минуту. Он не знал, что в точку, чуть повыше надбровья его левого глаза, уже нацелен крест окуляра оптического прицела.
Он стоял, мило улыбаясь, и наблюдал, как суетятся пиротехники позади платформы. Заметив, что уже запалили первый шнур, он сжал руку Анджелы.
Огонь с треском побежал по шнуру — дальше, дальше! — и наконец достиг порохового заряда. Первая ракета рассыпалась в небе дождем синих и зеленых звездочек, вслед за ней почти мгновенно взлетела вторая, и в бархатной черноте заметались серебряные огоньки. Взрывы следовали один за другим, сотрясая стекла в окнах домов тихого квартала и угрожая не оставить камня на камке от мирного спокойствия ночи.
В чердачной комнате дома Бирнбаума Уна Блейк вонзила ногти в плечо Соколина.
— Пора, — сказала она. — Давай, Марти.
Глава 15
Детективы работали слаженно, как хорошо спевшийся дуэт, и, возможно, вся операция прошла бы гладко и бескровно, если бы не знаменитое невезение одного из членов этого дуэта — Боба О'Брайена.
