— Торговец, приходивший весной на перевал, рассказывал, что там, внизу, люди отчаянно голодают, некоторые собираются в отряды, чтобы грабить караваны и селения. Он называл их раздольниками. Может, это они и были? — предположил Сохатый.
— И снова пальцем в небо! — огорченно покачал головой учитель. — Эти были хорошо экипированы и вооружены, сноровисто перемещались по местности и, вероятно, подчинялись воинской дисциплине. А кроме того, парни выглядели вполне упитанными. Они совсем не похожи на оголодавших раздольников, скорее, на воинское подразделение, но без единого знака различия.
Армейские так не ходят. Если это те, о ком я думаю, то все очень плохо.
— Но мы же их всех убили, — гордо расправил плечи Сохатый и наткнулся на останавливающий взгляд учителя.
— Думаю, это была всего лишь разведка.
— Но теперь-то они назад не вернутся, и, стало быть, о нас никто ничего не узнает, — предположил Бирюк.
— Напрасно ты так думаешь, — покачал головой Седой Ворон. — Если ушедшие в рейд не вернулись — это верный знак, что они нашли искомое.
Следовательно, очень скоро здесь появятся главные силы врага.
— Что же теперь делать? — переглянулись ученики.
— Снова вернуться к месту, где ты встретился с чужаками, — учитель поглядел на Сохатого. — Отыскать след и размотать клубок. Как говорится, найти и выкорчевать корень зла.
— Но прошло время. Много дней, — в голосе Сохатого отчетливо слышалось удивление. — Давно и след простыл.
— Не волнуйся, мы найдем его. Быть может, это станет вашим последним испытанием.
— Он вздохнул. — Быть может, самым последним.
* * *Сборы были недолгими. Сохатый проверил крепление автомата, зачем-то еще раз пересчитал снаряженные магазины в трофейном разгрузочном жилете, нащупал гранаты, затем обхватил ладонью рукоять ножа: удобно ли выходит из ножен. Метательные кинжалы упрятаны в голенища сапог. На всякий случай еще и короткоствол, спасибо чужакам за богатую добычу! Попрыгал. Все тихо, не звенит.
— Вы что же, уходите?! — Асима ворвалась в убогую хижину братьев, точно снежная буря, срывающая зимнею порой двери жилища.
— Уходите? Бросаете меня?!
— Ты многое умеешь, — попытался объяснить Сохатый. — Мы уйдем, ты останешься защищать селение.
— Вот еще! На Заставе полно мужчин с оружием. Даже если они узнают, что я умею все, чему учил вас Седой Ворон, кто станет меня слушать?! Я для них лишь кухаркина дочь!
— Но мы, понимаешь, не можем взять тебя с собой, — мучительно отводя взгляд, пояснил Бирюк.
