Ей нужно сбежать и убедиться, что они в безопасности.
Она сидела на низкой кровати, болтая ногами, больше не в силах притворяться, что ей не страшно. Анисса, казалось, спала, но Скарлетт дождалась, когда ее дыхание станет больше похоже на серию тихих похрапываний.
Только тогда она осторожно поднялась и сделала шаг.
Мойра продолжала посапывать.
Скарлетт сделала еще один шаг.
И еще.
И еще.
А затем, сама того не желая, бросилась к дверям и вставила Ключ Грёз в замок."
"Хулиан. Хулиан. Хулиан.
Мысленно произнося его имя, она провернула ключ.
То было самым быстрым решением из всех ею принятых. Если он жив, ей нужно…
Все мысли разом пропали, когда, открыв дверь и переступив порог, она обнаружила, что оказалась под шатким деревянным настилом, обозревая расстилающееся перед ней море соломы и сена, посреди которого стоит невероятно усталый, но ничуть не растерявший свою красоту молодой человек.
Его сюртук куда-то подевался, рукава рубашки закатаны, брюки порваны. Стоило ей его увидеть, как к горлу подступил комок.
При виде ее янтарные глаза Хулиана вспыхнули – он не мог не восхититься ее платьем, которое превратилось в сверкающий бальный наряд с усыпанной рубинами пышной юбкой. В таком особо не побегаешь, но это не помешало Скарлетт броситься вперед и обнять любимого.
От него пахло грязью, слезами и совершенством. В этот момент она решила, что никогда больше его не отпустит. Она хотела бы найти способ соединить свое сердце с его, чтобы, даже когда они будут в разлуке, все равно были связаны друг с другом.
В мире есть немало того, чего следует по-настоящему бояться, но только не любви к Хулиану!
– Как же я рада видеть тебя живым! Когда я услышала, что случилось с Легендо, то испугалась, что и ты тоже пострадал.
– Я в порядке. В полном порядке. – Хулиан обнял ее крепче, как будто тоже не хотел отпускать. – Но ужасно беспокоился о тебе. Как ты сюда попала?
– Воспользовалась Ключом Грёз. – Скарлетт отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть ему в глаза. – Я должна была найти тебя.
Прежде чем Хулиан успел ответить, она снова прильнула к нему и пылко поцеловала. Едва губы Скарлетт нашли его губы, он запустил пальцы ей в волосы, а его язык проник ей в рот, порабощая его.
Обычно, целуясь, он вел себя очень нежно, поклоняясь Скарлетт своим ртом и руками, но на сей раз действовал по-другому, отчаянно и всепоглощающе. В нынешнем поцелуе были задействованы также зубы и ногти, как будто им нужно было держаться друг за друга не только руками.
