Над ними белой лебедью металась Мария. Выкрикивала что-то бессвязное, по-птичьи. То ли ужасалась, то ли сердилась.
Потом как размахнется ногой, как врежет поганому Роберту по уху, чтоб не рвал Сергею зубами горло. Дронов повернул к ней голову, просиял улыбкой – и тоже получил ногой, только по затылку.
Дзынь!
Зазвенело оконное стекло, в нем появилась круглая дырка, от нее лучиками разбежались трещины. Что-то глухо чмокнуло в стену, отлетело на пол, закрутилось. Патрон не патрон, трубка не трубка – небольшая продолговатая штуковина, из которой повалил прозрачный дым.
Попялился Дронов на этакое диво секунд несколько – глаза закатились под лоб, а сам он упал навзничь. Отрубился.
Сколько пролежал так, неизвестно. А когда заморгал, пришел в чувство, первый кого увидел – гнойного подонка. Тот сидел, привалясь к стенке, и тоже хлопал глазами.
Марии же не было. Исчезла.
Покачнувшись, Дронов встал. Заглянул на кухню, в санузел. Нет, нигде нет!
– Куда ты ее дел? – спросил он у подлого Роберта, с трудом ворочая языком.
– Где она?
Тот, тоже с трудом, выдавил:
– Не знаю…
III. Примерещилось?
Глава тринадцатая
Сила и мысль
И еще пропал пистолет. Пулевое отверстие в потолке осталось, а самого оружия на полу не было.
– Козлы мы с тобой, – вздохнул басмановский бугай. – Вцепились друг дружке в глотку. Вот она и сбежала. Только зачем пушку взяла?
– Это ты козел безмозглый! – Роберт втянул воздух полной грудью, отчего снова закружилась голова. – Через окошко по-твоему птичка влетела? Сладкий сон навеяла?
– Чего? – вылупился на него громила.
В глазах читалось: «Какая птичка? Говори по-людски, гад».
– Того! Похитили Анну!
– В смысле, Марию? Кто?!
– Откуда я знаю. Тот или те, кто за нами следил.
Дарновский подбежал к простреленному окну.
– Это я за вами следил, – сказал бандит Дронов, не врубаясь. – Но я-то тут был. Кто ж тогда?
Роберт с ненавистью посмотрел на питекантропа, погубившего его счастье. Услышал неожиданное: «Это Он. Потому что десятое мая. Он дал, Он и взял.
И с Метрономом так будет. Десятого мая дал, десятого мая и заберет. Может, через год, а может, через десять».
Про загадочный Метроном, на который Дронов уповал как на источник силы, Роберт уже знал – подслушал во время драки. «Метроном» включался при помощи какой-то иголки, ею спортсмен хотел уколоть себя в палец. Всё это было очень интересно, при других обстоятельствах Дарновский обязательно покопался бы у инфузории в мозгах, разобрался бы что к чему.
