Мой ужин стал в горле, но я глубоко сглотнула.
— Мы еще не закончили с ужином, — прорычал Тамлин.
— Ничего, переживешь.
Я могла поклясться, что заметила два выжженных отпечатка на дереве, выглядывающих из-под моей салфетки. Я молилась, чтобы никто из них ничего не увидел.
И что Люсьен так и не узнал про то оскорбление, которое я только что ему нанесла.
Глава 9"
"Я не торопилась возвращаться в свою комнату. Возможно, я ошиблась, когда заметила те выжженные отпечатки — может, они уже были там. Может, не я призвала огонь и опалила дерево.
Может, даже и не я проникла в разум Люсьена, что напомнило мне переход из одной комнаты в другую.
Элис как обычно пришла, чтобы помочь мне переодеться ко сну. Сев возле туалетного столика, позволяя ей расчесывать мои волосы, я съежилась от своего собственного отражения. Синева под моими глазами, казалось, стала частью меня — лицо выглядело болезненным. Даже мои губы были слегка бледными, и я вздохнула, прикрыв глаза.
— Ты отдала драгоценности тому водному привидению, — задумчиво размышляла Элис, и я увидела ее отражение в зеркале.
Ее смуглое лицо напоминало мне гладкую искусственную кожу, а темные глаза блеснули на мгновение перед тем, как сфокусировались на моих волосах. — Они скользкие существа.
— Она сказала, что они голодают — что у них нет еды, — прошептала я.
Элис нежно распутывала сбившиеся волосы.
— Ни одна фейри в той очереди не дала бы ей деньги. Ни одна бы не посмела сделать это. Многие оказалось в могиле на дне озера из-за своего голода.
Ненасытность — вот их проклятие. Твои украшения не помогут протянуть ей и неделю.
Я слегка постучала ногой по полу.
— Но… - продолжила Элис, откладывая расческу, чтобы заплести волосы в косу. Ее длинные, веретенообразные пальцы слегка царапали кожу головы. — Она никогда этого не забудет. Пока она жива, не важно, что ты сказала ей, она будет у тебя в долгу.
Элис закончила плести косу и похлопала меня по плечу.
— Слишком много фейри познали голод за последние пятьдесят лет. Не думай, что об этом никто не узнает.
Возможно, я боялась этого больше всего остального.
* * *
Было далеко за полночь, когда, устав ждать, я шла по темным тихим коридорам и обнаружила его в кабинете, на этот раз одного.
Деревянная коробочка с толстым розовым бантом покоилась на столе между двумя одинаковыми креслами.
— Я как раз собирался возвращаться, — сказал он, поднимая голову для того, чтобы быстро изучить мое тело, убедиться все ли было в хорошо, все было в порядке.
