— Что это за язык? — спросила Мор.
Я подумала, что руки Амрен должно быть трясутся, но она засунула их в карманы. — Это язык не из этого мира.
Только Рис остался невозмутим от шока на ее лице. Словно он догадывался, что за язык это мог быть. Вот почему он выбрал ее частью этой охоты.
— Что это тогда? — спросил Азриэль.
Амрен все еще пристально смотрела на Книгу, словно та была привидением, чудом, и сказала: — Это Лашон Хакодеш. Святой Язык, — она подняла свои глаза цвета ртути на Рисанда, и я осознала, что она тоже поняла, почему была с нами.
Рисанд сказал: — Я слышал легенду, что она была написана на языке могущественных существ, которые боялись власти Котла и сделали книгу для того, чтобы противостоять ему. Могущественных существ, которые были здесь… и затем исчезли. Ты единственная, кто может расшифровать ее.
Мор предостерегла его: — Не играй в такого рода игры, Рисанд.
Но он покачал головой.
— Это не игры. Это была лишь ставка на то, что Амрен сможет прочитать ее — и счастливая ставка.
Ноздри Амрен изящно расширились, и на миг мне стало интересно, задушит ли она его за то, что он не сказал ей о своих подозрениях, о том, что Книга может быть больше, чем ключом к нашему спасению.
Рис улыбнулся ей, словно говоря, что хотел бы посмотреть, как она попытается. Даже Кассиан скользнул рукой по направлению к боевому ножу. Но затем Рисанд сказал: — Я думал также, что Книга может содержать заклинание, которое может освободить тебя и отправить домой. Если, конечно, они были теми, кто написал это.
Горло Амрен слегка подскочило.
Кассиан выругался: — Черт.
Рис продолжал: — Я не говорил тебе о моих подозрениях, потому что не хотел зря обнадеживать. Но если легенды об этом языке все-таки правда… Возможно, ты сможешь найти то, что ищешь, Амрен.
— Мне нужна другая часть, прежде чем я смогу начать расшифровку, — ее голос был срывающимся.
— Надеюсь, мы скоро получим ответ на свою просьбу к смертным королевам, — сказал он, хмурясь на песок и воду, запачкавшие фойе. — И, надеюсь, следующая встреча пройдет лучше, чем эта.
Ее губы сжались, но глаза горели ярко: — Спасибо.
Десять тысяч лет в изгнании — одной.
Мор вздохнула — громкий, драматичный звук, который, без сомнения, был призван нарушить тягостное молчание — и выразила недовольство по поводу того, что хотела бы услышать полную историю того, что произошло.
Однако Азриэль сказал: — Даже если Книга способна обезвредить Котел… Мы должны будем сразиться с Юрианом.
Мы все посмотрели на него.
