— А ты встречалась с призраками?
— Несколько раз, — ответила женщина, её голос был напряжённым, а глаза бегали по сторонам, словно пытаясь рассмотреть что-то невидимое.
— Их видно? — уточнил, всё ещё пытаясь понять, что именно держит меня.
— Обычно нет, — поморщилась она, как будто воспоминание причиняло физическую боль. — Но есть определённые ощущения — холод, мурашки при их приближении. Только шаманы могут видеть и управлять ими.
Сделал ещё шаг и понял, что силы ног недостаточно, словно за корень зацепился и тяну.
Холод начал появляться и на второй ноге, ощущение обхвата становилось всё сильнее, распространяясь от щиколоток выше. Меня дёрнули назад так резко, что я чуть не потерял равновесие.
Глава 11
Я напрягся всем телом. Мышцы свело судорогой, кровь словно застыла в венах. Холод — вот, что ощутил в первую очередь. Не тот, который бывает зимой или в ледяной воде, а другой. Он проникал сквозь кожу, минуя все защитные слои одежды, и впивался прямо в кости.
Меня продолжали тянуть. Ощущение было такое, будто кто-то сунул руку в грудь и сжал сердце, стиснул так сильно, что дышать стало тяжело.
Глаза на секунду заволокло пеленой, но я тут же моргнул и отогнал её.
Несколько паучков выпустил заранее. Через их восприятие видел себя со стороны — застывшего, с напряжённым лицом и сжатыми кулаками. Ничего примечательного, если бы не размытая дымка вокруг, тянущаяся от ближайшего скелета.
Сука! Обычно при опасности должен возникать страх, любой нормальный человек уже бился бы в панике: что-то неизвестное рядом, непонятно, что делать.
Но вместо холодного пота и дрожащих коленей я чувствовал только… интерес.
Уже прикидывал, как бы мне научиться подчинять таких вот существ. Каков механизм воздействия? Можно ли их контролировать? Вопросы роились в голове, пока тело продолжало бороться с невидимой хваткой.
Монголы тем временем начали кричать и показывать на меня. Их лица исказились от ужаса. Они отступили на несколько шагов, образуя полукруг возле меня. Некоторые начали что-то бормотать, чертя в воздухе защитные символы.
Явно считали, что я уже труп.
Изольда расширила глаза и тут же оказалась рядом. Её движение было стремительным. Лицо женщины перекосилось от напряжения, ноздри раздувались, а в глазах плескалось беспокойство, смешанное с яростью.
Перевёртыш еле сдержалась, чтобы не принять свою истинную форму. Я видел, как под кожей пробежала рябь. На мгновение проступили очертания её настоящего облика, но она усилием воли сдержала трансформацию.
