Только я могла ей помочь, поскольку Давид был слишком зол и не собирался ее прощать. Что ж, это последнее, что я могла сделать для собственной сестры.
Она двинулась умом, не пережив смерть ребенка, и придумала себе, что девочка жива, а именно мой приезд и осознание, что у Давида есть другие дети, дало толчок новой волне безумия.
И хоть Давид убеждал, что я ни при чем, я не могла избавиться от чувства вины и сострадания, ведь она тоже мать, несмотря на то, что ее ребенок умер.
Тетя Элла снова упорхнула в кулинарный круиз по городам со своей личной программой на ютубе.
Она действительно богиня кухни. И немножечко, самую щепотку, коварства…
***— Всё хорошо? — спрашивает меня Давид, подходя сзади.
Мы стоим, смотря в окно на двор, где играют наши дети, в то время как его руки обхватывают меня за талию.
— Всё просто отлично, — отвечаю после паузы и оборачиваюсь к нему, глядя в его темные глаза, лучащиеся счастьем.
И сейчас я действительно верю в эти слова.
***Давид
Офис с самого утра гудит. Туда-сюда снуют сотрудники.
Я же сижу, откинувшись в кресле и с ликованием предвкушая скорое строительство отелей в Западной Европе. Новый уровень для нашей компании. И тут от мыслей меня отвлекает стук в дверь.
— Давид Эльдарович! — голос секретарши напряжен. — К вам посетительница, говорит, что по личному вопросу.
И тут в проеме двери появляется блондинка. Привстаю, лаская взглядом бедра, обтянутые тесным платьем, и киваю работнице, чтобы вышла. Та понятливо закрывает за девушкой дверь, я же обхожу стол и присаживаюсь на край.
— Давно не виделись, — томно произносит девушка, подходит ближе, давая мне возможность коснуться себя.
С удовольствием трогаю ее и целую в губы. Она игриво смеется, вызывая у меня мурашки по коже.
— Давно, — глухо шепчу и прикусываю кончик ее ушка.
И тут раздается громкий звук селектора, мешающий нашему тет-а-тет.
— Господин Горский, какие цветы послать вашей жене? — явно неспроста секретарша мешает нам в этот момент.
Острые ноготки впиваются в мои плечи, давя на кожу.
Злится, кошечка. Ничего, скоро перестанет.
— Ничего не выбирай, я сам решу этот вопрос, — чуть раздраженно отвечаю ей.
Отключаю селектор и возвращаюсь к своей добыче.
— Ну, так что, на чем мы остановились? — снова целую ее, ведя носом по виску.
— А жена не против? — усмехается она и отстраняется, чуть цапнув меня за нижнюю губу.
— А должна быть? — опускаю взгляд вниз на округлый живот и глажу его, чувствуя, как пинается пяточкой наша дочь.
