Румянец, ямочки на щеках… ни тени притворства. В этот момент девушка и сама верила, что от нервов у нее аллергия. Вжилась в эту мысль, как актриса в образ героини. Ваурий поверил, небрежно подняв со стола пятерку карт. По мере того как он разворачивал веер, лицо его становилось все более удивленным. Надо полагать, что ему впервые пришла одна из слабейших комбинаций – лишь пара десяток, даже не сет – три карты одинакового ранга или стрит (пять последовательных по рангу карт разных мастей)."
"Ваурий взглянул на противницу: милое женское личико было весьма озадачено.
Морщинка, несвойственная для столь юного лица, разделила лоб на части. Закушенная нижняя губа. Похоже, и ей пришел не асовый набор, если вовсе не старшая карта, при которой нет даже низшей карточной комбинации.
Император лениво взял несколько фишек со стека и, покрутив в руке, оставил две фишки, равные по сумме его первоначальной ставке, именуемой еще анте.
– Пожалуй, я прикуплю себе еще одну… – Он верил в свою удачу, обрамленную в малахитовые грани.
Взгляд глаза в глаза. Так редко смотрят на коронованных особ: пристально, без подобострастия и заигрываний. Взгляд затянул, заманил. Император не заметил, как рука, порхнувшая над перетасованной колодой, прибавила еще одну карту. Сверху.
Когда Ваурий забрал специально припасенное Вассой для него, брови монарха взлетели вверх: крестовая четверка была в данном раскладе совершенно бесполезна.
– Вскрываемся? – Ваурию было интересно: если у него всего пара, то что же у девушки?
Васса нерешительно кивнула.
Две десятки, валет, семерка, двойка и пришедшая четверка у императора.
Вассария, не меняя выражения лица, поочередно переворачивала карты рубашками вниз: три короля и две семерки.
– Фул хауз. – Под ее бесцветный голос (таким пономарь зачитывает псалмы, не иначе) раздался треск.
Малахит на императорском перстне рассыпался в крошку.
Ваурий мгновенно посерьезнел. Амулеты, которым он привык доверять свою жизнь, удачу, здоровье и помыслы, ни разу не подводили…
– Я не маг, – девушка опередила его вопрос, – но разговор будет именно о магии.
Император прожег лицедейку взглядом, видя перед собой уже не фьерру. Серьезный разговор должен быть у той, что сумела его не просто заинтересовать, поймать на крючок любопытства. Такое могла выкинуть любая его фаворитка. Нет. Эта девушка пошатнула его догмат: магия непобедима, а потому она – собеседник если не равный, то та, чью речь стоит выслушать внимательно и до конца, не перебивая.
