Лошадь перед ним опустила голову и закрыла глаза, защищаясь от усиливающегося снегопада.
Фрэнсис наморщила лоб. Гости? В такой неуютный вечер? Странно, что лошадь беспечно оставили здесь. У ее отца в отношении животных были железные принципы. Если гость приехал с кучером, то, пока его угощали бы каким-нибудь напитком, лошадь отвели бы в стойло и дали бы большое ведро воды и пучок сена.
Может быть, кто-то приехал на короткое время и скоро поедет назад?
На ее стук в дверь ничто не шевельнулось, но, как часто бывало, дверь и без того оказалась незапертой, и они вошли в дом.
Прихожая была ярко освещена. Из гостиной доносились тихие голоса.
Джордж остановился на лестнице. Фрэнсис помогла ему снять пальто.
— Сними сразу же ботинки, — сказала она, — они наверняка совершенно промокли от снега. Тебе ни в коем случае нельзя простужаться.
Джордж послушно сел на нижнюю ступеньку и окоченевшими руками стал пытаться снять ботинки. Фрэнсис собиралась стянуть с рук перчатки, когда услышала на лестнице шаги. Она подняла глаза.
Аделина, домработница, спускалась по ступеням, неся что-то на руках. Это была целая гора измятых простыней и полотенец.
Увидев Джорджа и Фрэнсис, она замерла.
— Мистер Джордж! Мисс Фрэнсис! Какими судьбами?
Джордж даже не повернулся к ней.
— Мы приехали из Лондона, Аделина, — сказала Фрэнсис. — Я привезла Джорджа домой. Он много перенес во Франции.
— Хорошо, что вы здесь, — воскликнула Аделина, и это прозвучало иначе, чем Фрэнсис представляла себе приветствие.
Аделина казалась напряженной.
Она всегда как-то по-особому любила Джорджа и теперь должна была бы с радостным криком броситься к нему. Потом она возмущенно заявила бы, что он очень похудел и что немедленно должен пойти с ней на кухню, чтобы съесть что-то подобающее, и что теперь понятно, к чему это приведет, когда мужчин втянули в эту бессмысленную войну…
Но ничего из этого Аделина не сказала. Она по-прежнему стояла, растерянно глядя на обоих, не проявляя при этом никакой радости.
— Аделина! — Голос Фрэнсис прозвучал резко.
Ее неожиданно окутал страх, как тяжелое пальто, в котором трудно было дышать. — Аделина, что-нибудь случилось? — Ее глаза внимательно оглядывали прихожую в поисках ответа. Никаких елочных гирлянд над зеркалом. Никаких веток омелы в вазе на окне. — Почему нет никаких украшений?
— Ах, мисс Фрэнсис… — начала Аделина.
Тут они услышала быстрые звуки «тапп-тапп-тапп» по каменной плитке. Молли, их собака, поняла, кто приехал. Она ждала годами.
