– Да, точно-точно, – отмахнулся Влад, не замечая ни подозрительного взгляда начальника, ни сомнительных ноток в его голосе. Он все так же изучал слегка сощуренными глазами серое, мрачное, без единого пятнышка небо, пропустив мимо ушей и предложение о неофициальном выходном.
– Может, мне стоит поговорить с ней? – загорелся было Воронов и тут же засомневался в разумности своих слов. Вряд ли она захочет видеть его сейчас, да и завтра тоже, и послезавтра…
– Не стоит, – наконец оторвался от созерцания мира за окном Демидов и обратил внимание на Сашу.
– Пусть немного отойдет…
– А школа как же? Пацанье с ее же класса были? Она сможет? – не договорив, Саша замолчал. Ей придется врать, и врать много. Это они могут не моргнув глазом наплести такого, что поверят все, а вот Ксения… – Может, справку ей сделать? Что болеет? Пусть дома сидит…
Влад согласно кивнул: – Сделаю, – быстро глянул на часы: – Все? Я пойду тогда, – собрался вставать.
– Постой, – остановил его друг. Оставалось еще кое-что.
– Ты серьезно хочешь уйти? Может, пока просто отпуск, а дальше видно будет?
Если Влад действительно уйдет, то на его должность, скорее всего, придет новый, назначенный со стороны человек, не знающий всех тонкостей и нюансов работы на «их земле». Среди оперского состава отдела пока нет никого, кто мог бы занять это место, соответствуя не только всем официальным требованиям, но и, в первую очередь, негласным запросам именно Саши, как начальника. Непонятно, что будет, пока все встанет на «рабочие рельсы».
Вообще же, положа руку на сердце, после сегодняшнего, полного мучительных раздумий, утра Саша понял, что и сам бы с удовольствием вернулся поближе к людям на «земле». Но к сожалению, это было невозможно.
– Потом, – Демидов как-то неопределенно махнул рукой и вышел из кабинета, оставив Сашу в легком недоумении.
***"
"Назойливая мелодия прорвала пелену сна, безжалостно вернув девушку в мрачную реальность. Оказывается, страшная сказка еще не закончилась…
Схватив спросонья сотовый и не глядя на имя звонившего, Ксения смахнула вправо покачивающуюся на экране трубку.
Взволнованный женский голос разметал в клочья остатки дремоты, ввергнув в пучину паники:
– Ксения… Ксения… Это Ксения? … Это мама Алены, – торопливо и сбивчиво проговорила женщина. – Скажи, Алена не у тебя? … Ее уже два дня дома нет, – в голосе зазвучали слезы, – и телефон отключен… Ты ничего не знаешь?
У девушки внутри все оборвалось.
