– Ей-богу она еще хуже, чем миссис Лэнгфорд – женщина, пытавшаяся увести у меня Гаррета, – проворчала Джейн. – Но та, по крайней мере, не была моей родной сестрой.
– А Лавиния… Увы, она моя сестра, – срывающимся голосом произнесла Алекс.
– Поверьте, дорогая, все это я услышала из уст Марты, – сказала Люси. – Лавиния велела ей отнести текст объявления в «Таймс». Конечно же бедная девушка и не подозревала, что это за объявление. Она пришла в ужас, когда поняла, что наделала. Вы очень нравитесь ей, Алекс.
Марта сказала, что вы всегда относились к ней гораздо лучше, чем ее собственная госпожа.
Алекс прижала ладони к щекам.
– Относиться лучше – это не так уж несложно, – пробормотала она. Ее сердце сжималось от боли при мысли о несчастной Марте, которую Лавиния вынудила участвовать в своих кознях. И все же грудь Алекс переполняло отвращение. Отвращение и злость. – Не могу поверить, что сестра так поступила. Даже для Лавинии это слишком низко.
– Она очень подлая, – вновь заговорила Люси.
– Очевидно, она рассказала все Марте, поскольку сочла свою проделку весьма забавной. Вашей сестре еще нужно многое узнать о женской дружбе. Марта, бедняжка, очень опасается за свое место. Но я заверила девушку, что если ее уволят, то у меня в доме всегда найдется для нее работа.
Алекс поднялась со своего места и принялась расхаживать по гостиной.
– Ох, мне плохо… – прошептала она, прижимая руку к животу.
– Мне бы тоже стало плохо, – с сочувствием произнесла Кэсси. – Очень жаль, что пришлось рассказать вам все это.
Алекс подошла к окну и уперлась рукой в раму. Какое-то время она молча смотрела на улицу. Наконец повернулась к подругам и проговорила:
– Знаете, однажды я сказала Оуэну, что он не верит в себя. Но ведь и я тоже в себя не верила. Я всю жизнь позволяла сестре третировать меня, и это казалось мне вполне нормальным. Мама же всегда выполняла все желания Лавинии. Более того, у меня раньше почти не было подруг, поскольку мать хотела, чтобы я постоянно находилась рядом с сестрой.
– Как это печально, дорогая, – произнесла Люси. – Надеюсь, вы считаете теперь нас своими подругами.
– И Дафну тоже, – добавила Кэсси. – Вы с ней еще не встречались, но я уверена, что вы подружитесь.
– Непременно, – кивнула Алекс, утирая слезы. – Непременно подружусь. И я с искренней гордостью стану называть вас своими подругами. А еще я ужасно устала раболепствовать перед Лавинией. И не стану больше этого делать.
