Все накопленные за день позитивные эмоции спадают к нулевой отметке.
В кабинете полумрак, но я чётко вижу очертания кресла напротив окна. Лунный свет тому способствует. Краем уха улавливаю плеск жидкости в раскачиваемой бутылке. Женю мне не видно. Он сидит в полной тишине, развернувшись к двери спиной.
Снимает стресс?
Над головой вспыхивает тусклый свет и я вздрагиваю, словно пойманная на воровстве маленькая девочка. Не сразу замечаю, что Герману удалось бесшумно закрыть за мною дверь.
Женя всё ещё молчит, испытывая мои нервы на прочность.
Я хочу поздороваться, но язык прилипает к пересохшему небу и не желает отрываться от него. Почувствовав подступающую к горлу тошноту, оглядываюсь в поисках воды."
"— Как прошла твоя встреча? — подчёркнуто равнодушный тон заставляет обо всём забыть и захлебнуться паникой.
Я знаю этот тон. Испытала его действие на себе, когда Женя схлопотал из-за меня пулю.
В пространстве становится душно. Оно накаляется настолько невыносимой атмосферой, что кожу начинает пощипывать током.
Крутанувшись в кресле, Женя разворачивается ко мне лицом. Первое, что бросается в глаза — начатая бутылка виски в одной руке, роза с длинным стеблем в другой. Он делает глоток из горла и с отвращением оценивает мой вид.
Что, черт возьми, происходит?
— Тебе нельзя пить, — говорю осипшим от волнения голосом, глядя на то, как он морщится от очередного приступа боли. — У тебя что-то случилось?
С презрительной ухмылкой Женя опускает бутылку на стол.
Ставит так, что от стука в ушах звенит.
— Отвечаешь вопросом на вопрос, Яна.
Чувствую, как в его ледяном тоне кипит злость и требует выхода, но он пытается сдерживать себя. Встаёт на ноги и почти твёрдой походкой подходит ко мне впритык, вынуждая лечь спиной на дверь.
— Ты не удосужился взять трубку. Почему? Я набирала тебя весь вечер. Хотела…
— Заткнись! — рявкает, от чего моё сердце подпрыгивает к горлу. Перестаю дышать, наблюдая, как крепко зажмуриваются его глаза, стискивается челюсть до проступающих желваков.
* * *Не пойму, что случилось. Из-за чего он кардинально изменился. Стал совершенно чужим. Замкнутым. Невыносимым.
Несколько секунд стоит, подавляя ярость. Весь напряжен. Глазные яблоки начинают двигаться под закрытыми веками, как в фильмах, когда человеку под гипнозом вливают в голову поток информации. Пальцы, сжавшие до предела колючий стебель, ломают его пополам.
