Молодая женщина, продолжая сидеть за соседним столом, бросила на него взгляд, затем открыла сумочку, достала зеркало и начала проверять косметику на лице с видом хорошего торговца, оценивающего свой товар.
2
— Вы даже не удосужились прочесть бумаги, которые вручил вам судебный служащий, — обратился Мейсон к Фолкнеру.
Фолкнер сделал нетерпеливый жест.
— И не собираюсь. Все это делается, чтобы досадить мне.
— Чего добивается Карсон?
— Сто тысяч долларов, вы же слышали.
— У вас нет желания прочесть бумаги?
— Меня не интересует, что делает мистер Карсон, чтобы нагадить мне.
— Расскажите о ваших рыбках.
— «Вуально-черный телескоп» является ценным серебряным карасем. Несведущий вряд ли оценит его. Он даже не серебряный. Он черный.
— Весь полностью?
— Даже глаза.
— Что же это за рыба-телескоп? — спросил Дрейк.
— Образцы серебряного карася выведены путем размножения. Они называются телескопами, так как их глаза находятся во впадинах глубиной до дюйма.
— Невероятно! — воскликнула Делла Стрит.
— Только для непосвященного.
Некоторые называли серебряного карася рыбой смерти. Чистейший предрассудок! Таким образом люди реагируют на черный цвет.
— Не думаю, чтобы эти рыбки мне понравились, — резюмировала Делла Стрит.
— Некоторым людям действительно они не нравятся, — согласился Фолкнер, считая разговор исчерпанным. — Официант, принесите мне, пожалуйста, заказ с моего стола.
— Да, сэр. А заказ леди?
— Отнесите на ее стол.
— В конце концов, Фолкнер, я не уверен, что мне понравится вести ваше дело, — сказал Мейсон.
— Независимо от того, кем является эта девушка, вы обедаете с ней и…!
— Не беспокойтесь за нее. Она совсем не заинтересована в том, о чем я буду говорить.
— А что же ее интересует? — спросил Мейсон.
— Только деньги.
— Ее имя?
— Сэлли Мэдисон.
— Она подцепила вас на крючок? — спросил Мейсон.
— Похоже, что да.
— А вы еще и приглашаете ее на обед?!
— Приходится. Давайте лучше о деле, и нечего беспокоиться о ней.
Дрейк бросил многозначительный взгляд на Перри Мейсона.
Официант принес сладкий пирог и кофе, коктейль из креветок для Деллы Стрит и консоме для Гаррингтона Фолкнера.
За соседним столиком Сэлли Мэдисон закончила свой макияж. Она сидела с хорошо отработанным выражением нравственности, застывшем на ее лице. Казалось, что она не питала уже никакого интереса ни к Фолкнеру, ни к компании, к которой он присоединился.
— Не заметно, чтобы вы особенно волновались, — сказал Мейсон.
— О, нет, — поспешно ответил Фолкнер.
