И на цену не смотри, бери приличный, все же в графский дом едем.
Экипаж подъехал к величественному зданию близ Синего моста.
Черт открыл дверцу, колдун вышел и огляделся.
Фасад сиял яркими огнями, а главный вход украшали еловые ветви. У дверей грозно возвышались разодетые лакеи.
– Многовато лоску, как думаешь? – спросил Афанасий и, не дожидаясь ответа, протянул руку:
– Давай цепь.
Черт вытащил из кармана серебряную цепочку с мизинец толщиной и присел на корточки. Афанасий привычным движением приладил цепь к его ошейнику и застегнул замок.
По закону в присутственных местах колдун должен держать черта на поводке.
– Ну что же, вперед. – Афанасий намотал конец цепочки на руку, затянутую в лайковую перчатку, и потянул черта за собой. Тот поднялся и послушно пошел в шаге за левым плечом.
В преддверии аванзала у колдуна забрали форменный плащ. Подошедший лакей поинтересовался его именем и званием.
– Куда определить черта, любезный? – спросил у него Афанасий.
– Черта берите с собой, ваше благородие, – ответил лакей.
Колдун и черт удивленно переглянулись. И Афанасий направился к высоким, сияющим позолотой дверям.
– Их благородие старший колдун Канцелярии ея величества господин Репин, – громогласно объявил церемониймейстер, открывая двери.
Афанасий чуть не подпрыгнул от неожиданности. Расфуфыренные дамы и господа обернулись. К счастью, всеобщее внимание длилось всего миг. Афанасий поспешил убраться из центра огромной залы, где и без него было тесно: помимо толпящихся гостей, солидное пространство занимала огромная, длиннолапая, нарядно украшенная ель.
Блеск свечей, часть из которых оказалась приторочена прямо к веткам, отражался в драгоценных каменьях, развешанных в равной мере на ели, колоннах и присутствующих дамах, отчего каменья загадочно мерцали.
Осторожно обойдя удивительную конструкцию, колдун подошел к окружающим ее колоннам, за которыми скрывалось множество столов. Устроившись рядом с сервированным на французский манер закусками столиком, Афанасий огляделся.
Дамы для будущих танцев в зале действительно имелись, и не только дамы, но и девицы. Афанасий узнал несколько важных господ из начальства, которых сопровождали жены и дочери. Присутствовал и глава московской конторы, его Афанасий знал лично, значит, и из других губерний начальники тоже заявились. Но ни с одним из них не было черта. Очень странно… Его собственный чертяка, уже хорошо воспитанный, встал в шаге от колдуна, низко опустил голову и замер, глядя в пол.
