Как раз такую, чтобы напугать, но при этом не подпалить ни занавеску, ни саму барышню, на лице которой улыбка мгновенно сменилась ужасом. Девушка отшатнулась. Еще бы: струя пламени полыхнула в десятке сантиметров от ее уха.
– Прошу прощения, – теперь хозяин говорил сухо и жестко, – это ограбление. Стойте смирно, барышня, и этот милый котик вас не скушает.
Девица побледнела и прижалась к стене. Похоже, проблем она не создаст.
Хозяин поднял крышку витрины и стал деловито складывать драгоценности прямо в коробку.
– Следи за улицей, – велел он Льву Николаевичу, – если заметишь что-то подозрительное, сразу ори.
Кот согласно муркнул и запрыгнул на подоконник. Отсюда был хороший обзор на пересечение двух улиц – если появятся жандармы, машину будет видно издалека.
– Барышня, не соблаговолите ли открыть сейф? – Хозяин не терял времени даром.
В сейфе обычно спрятаны наличные, которые стали бы хорошим подспорьем: золото и безделушки еще нужно сбыть надежным людям, а за квартиру не плачено уже два месяца, да и на бумагу и типографскую краску для листовок уже давно приходилось брать в долг.
Хорошо бы в сейфе оказалась выручка хотя бы за пару дней.
Лев Николаевич снова услышал звон ключей, а потом и скрежет. Однако время шло, а щелчка замка все не следовало.
– Ну чего вы там копаетесь? – нетерпеливо воскликнул хозяин."
"– П-простите, сударь… – голос девушки звучал глухо и испуганно, – замок… тугой очень. Я просила хозяина заменить, но… я сейчас.
– А мне некогда вас ждать, барышня.
Лев Николаевич обернулся на миг и увидел, как хозяин, перескочив за стойку, присел на корточки – сейф находился где-то под ней – и щелкнул ключом.
– Действительно тугой для девушки вашей комплекции…
Следовало поторопиться. На улице пока тихо, но мимо проходят люди, и вдруг кому-то из них придет в голову прикупить колечко?
Лев Николаевич так тщательно всматривался в лица и движения прохожих, чтобы успеть предупредить хозяина, если кто-то решит зайти в лавку, что не сразу понял: щелчок, который он услышал, это не дверца сейфа, а взведенный курок.
Обернувшись, он изготовился к прыжку, но тут же присел на задние лапы, прежде чем услышал одновременное:
– Не двигайтесь!
И:
– Стой!
Девушка стояла к Льву Николаевичу боком, руки ее скрывались за стойкой, и что в них находится, кот не видел, но запах пороха и смазки красноречиво говорил сам за себя.
