Я утешил себя тем, что, окажись крыша покрыта шифером, он трещал бы еще несносней. Очень осторожно я подошел к козырьку, что нависал над машинным двором. Взглянул на него сверху. Двор был пуст. «Черные хозары» не проснулись. Видно, крепко эксплуатировали их на автосервисе «Шумахер».
Я снял с кромки крыши свою кошку и вместе с нею и с веревкой спрыгнул внутрь автосервиса. Это заключительное упражнение своей гимнастической программы мне удалось выполнить почти бесшумно.
За все те последние четыре часа, что я наблюдал со своей кручи за жизнедеятельностью хозарского машинного двора, я заметил, что дверь одного из восьми здешних боксов ни разу не открывалась.
А в тот день, когда я приходил сюда по поводу Ленчика, именно тут находился пораненный хозарский «Мерседес Брабус». Я осторожно подошел к этому – похоже, «блатному» – боксу.
На металлической двери висел замок. Я достал из кармана куртки комплект отмычек. Вскрыть замок оказалось трехсекундным делом. Еще двадцать секунд я потратил на то, чтобы смазать машинным маслом петли железной двери.
У этих хозар двери в гаражах визжали, словно подъемные мосты в средневековых замках.
Под моими руками дверь бокса открылась бесшумно. Спустя минуту я очутился внутри гаража. Включил фонарик. В гараже размещался великолепный, черный, похожий на акулу «Пассат» без номеров. Я готов был поставить четыре цента против четырех пассатовских колес, что машина числилась в базе данных ГИБДД как угнанная.
Зажав фонарик во рту, я спустился вниз, под машину, в ремонтную яму.
Натекшего масла и обмасленных тряпок здесь оказалось столько, что кроссовки мои можно было считать испорченными.
Я достал кое-что из кармана и сунул под груду ветоши. Затем, не медля, пустился в обратный путь. Дверь бокса опять не издала ни звука. Я аккуратно запер висячий замок. В машинном дворе по-прежнему никого не оказалось. Однако на улице уже совсем рассвело, поэтому любой хозарин, вышедший по нужде из жилого гаража, без труда увидел бы меня. Я по-быстрому и по-тихому пошел в сторону от боксов.
Путь отступления я избрал иной. Стремительно и бесшумно я добежал до запертых ворот автосервиса. В два приема оказался на их верху. Ворота подо мной застонали, заскрипели. Я спрыгнул с них вниз, на безопасную землю вне автосервиса «Шумахер» – створки ворот загремели еще пуще. Звук оказался столь громким, что не мог не разбудить хотя бы одного из хозар (как ни утомлены они были непосильным трудом).
Где-то в боксах раздалось кряхтение.
