– То есть, ты хочешь сказать, он мне соврал?
– Блядь, – рявкаю я, не сдержавшись. – Я не знаю, что тебе наплел этот старый хер, но мне дали срок три года и два из них я отсидел, а потом вышел по амнистии. Не УДО! Прошу заметить. Или ты мне не веришь, а?
– Я… – хлопает глазами, моргает быстро-быстро и пытается переварить, что я сказал. – Тогда вообще ничего не понимаю.
– И не поймёшь. По всей видимости.
– Мир, – срывается с её губ. – Ты любишь свою жену?
– Зачем спрашиваешь? – хмурюсь, ощущая, как по спине ползёт холод.
– Это важно для меня.
– Нет. И никогда не любил. За всю свою жизнь я любил только одну женщину.
– Меня? – неуверенно произносит и я киваю головой.
– До сих пор.
Динка замолкает. Покрывается алым румянцем и, спрятав лицо в раскрытых ладонях, тихо шепчет:
– Лучше бы ты соврал.
– Для чего?
Я шагаю вперёд. Тянусь к тонким запястьям и отвожу их в стороны, а затем, коснувшись ладонью виска, веду рукой сверху вниз:
– Я не люблю ложь. Она не приносит счастья. Или ты счастлива?
– Нет.
– Динка, – вздыхаю я. – Ты уверена, что тебе нужен это развод? Ведь так просто ты его не получишь. Придется прятаться, а ты… Помнится, не любишь это делать.
– Я помню, что говорила. Можешь не утруждаться, – отвечает с язвительной ноткой в голосе. – Я ошибалась. Понятно тебе?
– Ошибалась, – глотаю смешок. – То есть, я больше не трус в твоих глазах?
– Дамир, что ты хочешь от меня услышать? К чему весь этот разговор?
– Ты сама его начала, Диана! – произношу достаточно строго.
– Ладно, – делает глубокий вдох и, подняв ладони вверх, медленно выдыхает.
– Я дура. Глупая. Идиотка. Чокнутая. Ты это хотел услышать или сказать больше?
– Нет, – отрицательно киваю. – Я всего лишь хотел узнать, зачем ты вышла замуж за Фатхетдинова.
– Потому что мне было трудно. Потому что после смерти мамы я осталась с маленьким ребенком одна, считая, что его отец нас бросил и уехал за границу! Я перебивалась с копейки на копейку, работая медсестрой. Санька постоянно болел, как пошел в садик, а у меня не было денег нанять няньку, поэтому… Чёрт! Я нуждалась в поддержке, нуждалась в помощи.
Понимаешь? А Давид всё это время был рядом.
– То есть, ты вышла замуж не по любви?
– Да какая разница, Дамир?! Любовь или нет… Когда человек всё время рядом, когда он становится твоей: опорой, надеждой, то, разве, это не любовь?
Я грустно вздыхаю. Пора завершать этот дурацкий разговор. Динка сейчас в стрессе, на одних эмоциях. Чего я добьюсь?
– Ладно, Дин, – виновато улыбаюсь.
