Подходит ко мне, становясь за моей спиной.
– Я не с тобой говорю, – строго чеканит Дамир. – Дина, где Саша?
Я скрещиваю на груди руки. Ухмыляюсь, скользя по Дамиру колким взглядом с головы до ног. Наверное, всё это выглядит слишком странно. Я, Дамир, Давид. Замкнутый круг, как порвать его, а?
– В машине, – киваю на мерседес и Дамир делает шаг вперёд, но я выставляю руку, преграждая ему дорогу. – Он спит. Не буди его.
– Дина, дай пройти.
– Про. Ходи, – выплёвываю с желчью, и он проходит.
Открывает дверь мерседеса с пассажирской стороны, заглядывает внутрь.
Смотрим таким тоскливым взглядом, что на меня накатывает непрошенная грусть.
Не плакать!
Он возвращается. Снова становится напротив и не сводит глаз с моего лица. Рассматривает каждую деталь, будто изучая или же пытаясь прочесть мои мысли. Тщетно всё. Не получится узнать. Я закрылась, спрятавшись в невидимом панцире.
– Почему ты уехала в деревню? – он первым нарушает тишину.
– Захотела и уехала.
– Ладно, – закатывает глаза.
– Спрошу иначе. Ты собираешься возвращаться домой или же…
– Что за вопросы? – произносит Давид, обрывая Шагаева на половине предложения. – Кто ты такой, чтобы их задавать?"
"Дамир ухмыляется. Кривит губы на одну сторону, будто только что облизал лимон. Я еле держу себя в руках, чтобы не нагородить ему с три короба, а Давид… Не сдерживает. Подходит к Шагаеву, останавливаясь на пугающе близком расстоянии.
Смотрят друг на друга, молчат, шумно дыша. Я знаю эти взгляды. Помню, что следует после таких гляделок, а потому протискаюсь между ними, поворачиваясь лицом к Дамиру.
Поднимаю взгляд вверх, глотаю в горле ком и уверенным тоном произношу:
– Если ты приехал скандалить, то не нужно. Если приехал увидеть сына, то будь терпеливым и подожди. Сейчас он спит.
– Я подожду.
– Отлично, – облегчённо выдыхаю. – Вот и договорились.
Разворачиваюсь и иду к мерседесу. Открываю дверь, тянусь к Саньке. Расстёгиваю ремень безопасности и беру на руки спящего сына. Дамир порывается помочь, но натыкается на мой предупреждающий взгляд.
Я сама отнесу своего сына!
Иду к воротам. Давид открывает передо мной калитку, пропуская вперёд. Благодарно киваю и, молча, захожу во двор, затем – в дом. Бабушка встречает на пороге. Забирает у меня Саньку и идёт с ним в комнату.
Возвращается, когда я, сняв обувь, мою руки возле умывальника.
– Дин, я пыталась его прогнать, но он не ушёл, – бабушка виновато пожимает плечами.
– Ба, всё нормально.
