И, приняв его молчание за согласие, не стала больше об этом говорить. Я вполне могла справиться с домашними хлопотами. Хоть и отвыкла от работы, но лентяйкой никогда не была. Пусть в доме бывшего мужа я и была окружена прислугой, но в новом браке совсем не рассчитывала на это. И очень удивилась, узнав, что Мансур не отказался от услуг женщины, что раньше следила за порядком и чистотой в доме. Радовало хотя бы то, что она была приходящей горничной и не жила у нас.
Я не хотела ничьего присутствия. И предпочла бы и вовсе обойтись без помощницы.
Мне хотелось почувствовать себя хозяйкой и частью семьи, самостоятельно заботясь о доме и муже. До сих пор это было сложно, мне ведь даже гладить для него не приходилось! Все, что я делала — это готовила еду и проводила время с Асей."
"— Готовы?
Задумавшись, я даже не заметила, как мы с Асей дошли до гостиной, где нас ждал Мансур.
— Мило выглядите, — удивил меня муж комплементом.
Я выбрала одежду в одинаковых тонах, и мы с Пироженкой действительно выглядели очень мило.
То, что Мансур это заметил, и даже прокомментировал, согрело мне сердце, и прогнало все плохое из моих мыслей.
***— Хотю! — Требовательно указала Пироженка на девочку, которой только что прокололи уши.
— Сережки? — Уточнила я.
Малышка довольно кивнула в ответ, полная решимости получит желаемое. Закончив с покупками, мы зашли в салон красоты. Пироженке необходимо было подстричь кончики волос и сделать филировку. Из-за густых волос их расчесывание по утрам было сплошным мучением.
Зная по себе, что немного убрав густоту, становится проще ухаживать за волосами, я привела Асю к своему мастеру, объяснив ему, что ни в коем случае нельзя терять длину. Мансур за такое своеволие по головке меня не погладит. Да я и сама не хотела, чтобы прекрасные волосы Аси стали короче.
— Это больно, — предупредила я девочку. — Ты будешь плакать.
— Буду! — Подтвердила она с серьезным видом. — Но хотю сележки!
От такого ответа не только я, но и мастер рассмеялась.
— Не волнуйся, она быстро забудет про боль.
Я своей дочери проколола ушки в полтора года, а некоторые мамы и до года не ждут. Вы и так припозднились.
Я даже не задумывалась об этом. Самой-то мне уши прокололи лет в десять. Вот я и не видела ничего удивительного в том, что у Пироженки они еще не проколоты. А с другими детьми, кроме нее, я не общалась.
— Хорошо, проколем. Но плакать не будем, да? Ты же храбрая девочка, а храбрые не плачут!
— Дяяя! — Довольно подтвердила Пироженка.
