Нельзя уехать, не найдя Сьюзен и не убедившись в ее безопасности. Но она не может и дальше позволять Стюарту помогать ей. Чем раньше она с ним расстанется, тем лучше. Если повезет, он может объявить, что он в ней ошибся, что это она обманула его и сбила с толку. Люди поверят всему, как только Джереми распространит слухи о ее предполагаемом распутстве. Она знала, что Стюарт сам вряд ли согласится на такие меры, значит, следовало его убедить, а на это понадобятся все ее силы.
Стюарт протолкнулся сквозь толпу к тому месту, где в последний раз видел Шарлотту и Фэрфилда.
Оглядевшись, он увидел Роберта среди танцующих и подумал, что Шарлотта, должно быть, с герцогиней. Но нет, ее светлость по-прежнему стояла в одиночестве. Куда пропала Шарлотта, черт возьми? В двадцати шагах от него виднелась дверь террасы. Он шагнул в том направлении. Сердце забилось сильнее при мысли о том, что сейчас он перехватит Шарлотту в саду и сообщит новости от Питни."
"Но прежде чем он успел сделать еще шаг, его внимание привлекло что-то иное.
Двое слуг суетились, помогая гостю стереть вино с лица и одежды. Гостем был Джереми Хайд-Джонс, которого трясло от ярости. Еще один лакей сидел на корточках у его ног, заметая что-то в совок. Кровь Стюарта похолодела. Но в этом совсем не обязательно может быть замешана Шарлотта. Этот негодяй мог оскорбить кого угодно в зале. Но Шарлотты нигде не было видно, а она когда-то едва не вышла замуж за Джереми.
– Дрейк! Вот ты где!
К нему подошел Роберт.
При виде необычной сцены он замер.
– Что-то случилось? Где леди Гриффолино?
– Я задавал себе тот же вопрос.
Стюарт с каменным лицом наблюдал, как к Хайд-Джонсу спешит лорд Трокмортон, лицо которого выражало вежливое сожаление. Рассерженно жестикулируя, Джереми что-то ему говорил, но скоро успокоился, хотя продолжал говорить. Трокмортон слушал и хмурился и наконец, кивнув, вернулся туда, откуда пришел.
– Я оставил ее здесь, Дрейк, – тихо сказал Фэрфилд. – Думал, что вы вот-вот вернетесь.
И она позволила мне уйти.
– Неважно. Попробуйте найти ее и оставайтесь рядом, пока я вас не отыщу.
Фэрфилд кивнул и исчез в толпе. Стюарт глубоко вздохнул, расправил плечи, чтобы ушло напряжение, и неторопливо направился к Хайд-Джонсу, на жилете которого до сих пор краснело винное пятно.
– Я сказал бы, совершенно зряшная трата прекрасного бургундского, Хайд-Джонс.
Тот вскинул голову. При виде Стюарта лицо его разгладилось. Он даже улыбнулся.
