А может, и нет: Шарлотта не обратила на него особого внимания, просто прошла мимо, игнорируя недоуменный взгляд, которым он ее окинул, когда понял, что она не приехала в экипаже и не накинула ротонду. Отупляющий шок, позволявший держаться на ногах, постепенно проходил, и ее единственным желанием было добраться до спальни, прежде чем слезы польются рекой.
Тяжело дыша, Шарлотта кое-как поднялась по лестнице. Горло перехватило как тугой повязкой, и она дергала за ожерелье, пока не разорвала нить. Она уничтожена и погублена, безвозвратно погублена!
Нога зацепилась за ступеньку, и она упала на одно колено и прижалась к стене.
Все, что было для нее дорого, навеки пропало. Все надежды и мечты рассыпались в прах. Все покаяния и сожаления пропали втуне. Когда она впервые покинула Англию, она была слишком молода и глупа, чтобы учесть последствия своих поступков. Немного опомнившись после изгнания из дома, она поклялась жить одним днем, наслаждаясь тем, что посылает ей судьба. Шарлотта не намеревалась вести распутную жизнь.
Это случилось само собой, постепенно, и она почти не замечала, насколько далеко ушла от тех принципов, которые ей внушали происхождение и воспитание. А потом… было почти невозможно вернуться.
Известия о смерти Джорджа и о назначении ее опекуном Сьюзен отрезвили Шарлотту. Это случилось почти сразу же после кончины Пьетро, когда она уже была вдовой. И Шарлотта увидела в этом шанс начать сначала. Благодаря доверию брата к ней вернулись дом и семья, а также на ее плечи легла огромная ответственность.
Но хотя она старалась изо всех сил, с тех пор она не совершила ни одного верного поступка.
Охваченная отчаянием, Шарлотта прислонилась лбом к перилам. Она хотела быть любящим и добрым опекуном для Сьюзен, но девушка презирала ее и ненавидела, а потом сбежала. Она хотела быть респектабельной и целомудренной, но вместо этого завела роман со Стюартом, не делавшим тайны из своих планов жениться как можно скорее. Она хотела жить спокойной, безупречной жизнью, а теперь Джереми Хайд-Джонс снова обольет ее грязью.
В этот момент подбежали две горничные и стали встревожено над ней ахать. Шарлотта не обратила на них внимания: какая разница, смято ли платье или нет, когда вся жизнь трещит по швам!
Слишком потрясенная, чтобы протестовать, она позволила им помочь ей встать, после чего отослала, отказавшись от чая, бренди и горячей ванны.
Когда горничные ушли и в комнате стало тихо, она села и стала обдумывать, что делать.
