Но не получается. Фантазия сразу же рисует картинки одна хуже другой.
Вот в мужа выстрелил какой-то маньяк и он лежит во дворе, а рядом бегает наш пес-обалдуй. Или Тимофей в нашей спальне с женщиной… Или еще хуже с Ниной.
— Ложись спать, — шипит на меня Надежда. — А то как тень, Лера.
— Спи, я сейчас, — отмахиваюсь неохотно и тут же набираю номер Дана. И снова слышу механический голос.
— Может, Вите позвонить, — предлагает Надежда, укладываясь в постель.
— Неудобно, — шепчу, глядя на стоящие между нашими кроватями люльки.
— Да никуда твой Тима не денется. Не тот человек, — роняет Надя и как обычно начинает делиться воспоминаниями. — Вот помню в пятом классе…
О-о-о! — хочется заорать мне. И я снова звоню мужу.
— Да, слушаю, — слышится недовольный голос.
— Тима, мы же собирались созвониться…
— Я занят. У меня совещание.
В трубке раздаются гудки. А меня пробирает дрожь недоверия."
"Ну какое совещание в половине двенадцатого ночи?!
«Освободишься, напиши», — печатаю трясущимися пальцами. Даже тошнота подступает от страха.
Эсэмска так и остается не прочитанной. И я даже не знаю, как реагировать.
Рассказать о своих подозрениях Наде? Так весь Шанск будет знать. Посоветоваться бы с кем-нибудь…
Но только у меня даже подруг нет. Одна я. В целом мире одна.
«Что ты хотела?» — неожиданно приходит сообщение.
«Ты где? Все нормально?» — пишу, силясь не разреветься.
«Совещание было в СК», — печатает муж.
Выдыхаю, стараясь успокоиться.
«Пусть это будет правдой! Пожалуйста!» — прошу высшие силы, закрывая глаза.
Глава 8
8
Лера
Из городского стационара нас забирает Богдан. Что-то рассказывает дорогой о трудной доле главы Шанской администрации.
— ОБЭП от нас не выходит. Дроздов-сука, гадит, — жалуется дорогой.
«Ну да… Ну… да! - вздыхаю тайком. Стараюсь не выдать подозрение и отчаяние. Как жить с таким багажом? То совещание в полпервого ночи, то проверки. Все одновременно? Так не бывает!
Но я и не прошу многого. Мне бы увидеть Тимофея. Согреться в его руках.
Но муж приезжает домой поздно.
Устало обнимает меня. Улыбаясь смотрит на дочек.
— Ну слава богу, вы дома, — вздыхает довольно. На автомате ест наспех приготовленный мною ужин. Отбивные, пюре, селедка с лучком. Не изыски высокой кухни. Но я старалась!
Всматриваюсь в небритое лицо мужа, печальные глаза. Цепляюсь взглядом на новой черной рубашке. Жадно слежу за каждым движением Тимофея. И желаю лишь одного. Оказаться сейчас в объятиях этого крепкого мужчины. Ощутить вкус его губ.
